– Ничего страшного, – авторитетным тоном отрезала Илона. – Когда свадьба ненастоящая, то приметы не работают.
Я ничего не ответила.
Слова закончились…
Ибо для меня происходящее оказалось серьезным шоком!
На меня, невзрачную зубрилу с характерным прозвищем Мышь, к которому иногда добавляли его вторую часть Дайсписать, два солидных, взрослых мужчины смотрят так, словно в домик вошла самая натуральная королева красоты…
Нет, после увиденного в зеркале я понимала, что выгляжу неплохо, но не думала, что реакция Виталия и Игоря будет настолько искренне-восторженной.
– Вы и правда очень красивы, – справившись с эмоциями, произнес Виталий. – Поверьте, я за свою жизнь повидал немало эффектных девушек, сознающих свою красоту, как говорится, знающих себе цену. И это знание, попахивающее меркантильной надменностью, лично меня отталкивает. Вы прекрасны именно отсутствием неестественности в вашем образе, как только что распустившийся цветок, еще не ведающий, что такое восхищение толпы и не зазнавшийся от этого восхищения.
Я почувствовала, что краснею еще больше. И теряюсь, так как подобных слов мне никто никогда не говорил.
– Не обращай на него внимания, Овечкина, он всегда умел выдавать витиеватые комплименты, – проворчал Игорь, уже улыбаясь. И, повернувшись к Виталию, добавил: – Искренне рад за тебя, дружище. Зная твой характер, я опасался, что гости заподозрят фальшь в нашем сегодняшнем шоу. А вот сейчас я вижу, что церемония пройдет на ура. Жених выглядит счастливым, невеста взволнованной, так что, думаю, пора нам выдвигаться к гостям, пока этот бесценный эффект не развеялся под гнетом откровенно скучной церемонии.
– Гарри, не будь занудой, – усмехнулся Виталий. – Хотя ты прав, пора уже приступать к тому, зачем мы все тут собрались. И да, Илона, спасибо тебе, ты совершила настоящее чудо. Пожалуй, за твои труды тебе положен двойной гонорар. Что скажешь, Игорь?
– Скажу, что ты, похоже, совсем потерял голову от моей студентки, – вполне серьезно произнес преподаватель экономики. – Я за годы нашего знакомства ранее дважды видел этот блеск у тебя в глазах, и хочу напомнить, что ничем хорошим те истории не заканчивались. Ты как минимум становишься рассеян и расточителен.
Виталий расхохотался.
– Игорь, ну правда, хорош душнить. Илона реально заработала свои деньги с премиальными. Хороших специалистов нужно поощрять, и тогда они в следующий раз отработают еще лучше.
– Ну ладно, – сменил Игорь наигранный гнев на милость. – Деньги переведу сразу после церемонии, а то мы уже опаздываем.
Если честно, я еще до начала свадьбы чувствовала себя зверски уставшей.
Когда тебя вырывают из твоей непростой, но привычной жизни и, словно котенка в пруд, бросают в гущу событий, ярких и стремительно сменяющих друг друга, точно стеклышки в калейдоскопе, – это выматывает. А когда эмоциональная усталость накладывается на устойчивый двухдневный недосып, то в моем случае все события воспринимаются словно в тумане и запоминаются отрывками.
…Вот меня знакомят с какими-то людьми, и Игорь негромко подсказывает на ухо:
– Ничего не говори, просто улыбайся.
…Вот он же, держа мою руку в своей, ведет меня под пышную искусственную арку, сплетенную из настоящих живых цветов, под которой, очень искренне улыбаясь и неотрывно смотря на меня, стоит Виталий.
…Вот какая-то женщина спрашивает, согласна ли я стать женой Виталия, и я, как механическая запрограммированная кукла, отвечаю «да», а в голове, словно заезженная пластинка, крутится одна и та же мысль: «Поскорее бы все это закончилось». Поскольку уже голова гудит от множества голосов гостей, смешавшихся в единый неровный шум, а губы растрескались и болят от резиновой, фальшивой улыбки, в которую я их растягиваю, потому что так надо…
…Вот Виталий надевает мне на палец кольцо, и мне нужно сделать для него то же самое. Но его кольцо налезает слишком туго, и мне приходится прикладывать силу, чтобы протащить его через сустав – и при этом думать о том, как бы не потерять свое, так как оно сделано не по размеру и болтается, норовя соскочить с пальца…
Но это было лишь начало долгого дня, в течение которого происходило еще много чего…
И долгое, нудное застолье с придурковатым тамадой, придумывающим идиотские конкурсы.
И канонада салютов над головой, от которой я каждый раз невольно зажимала уши.
И тосты, когда все кричали «Горько!», и Виталий целовал меня с явным удовольствием, но очень деликатно и осторожно, едва касаясь своими губами моих, за что я была ему очень благодарна…
Благодарна просто потому, что по-настоящему со взрослым мужчиной целовалась впервые в жизни. Несколько детских поцелуйчиков со сверстниками не в счет, да и было это давно, словно в другой жизни. А сейчас я, к своему удивлению, почувствовала, как от легкого прикосновения сухих, обветренных губ Виталия по моему телу проходит дрожь и голова начинает кружиться так, что я всерьез опасаюсь упасть, потеряв равновесие…
А еще я навсегда запомню его глаза возле моего лица.
Серьезные и внимательные.
