Действительно, на полках и вешалках внутри шкафа одежда была разложена с какой-то маниакальной аккуратностью, причем каждая вещь была или в пакете, или в специальном чехле. На двух пакетах были наклеены заметные стикеры с надписями, выполненными каллиграфическим почерком: «Для господина» и «Для госпожи».
– Не люблю я эти средневековые закидоны насчет господ, но Руффу не переубедить, – сказал Виталий, доставая пакеты и протягивая мне тот, что был «Для госпожи». – Я ей сказал купить для тебя что-нибудь на ее вкус – и практически уверен, что она не ошиблась с выбором.
– Купить? – удивилась я. – Ты же вроде говорил, что не был уверен насчет того, что я тебе понравлюсь, и привезти меня сюда было спонтанным решением. Или я неправильно поняла?
– Видишь ли, – сказал Виталий, распечатывая свой пакет. – Хороший бизнесмен должен уметь просчитывать вероятности. В данном случае их было не так уж много: если ты мне не понравишься – что ж, все останется в рамках наших договоренностей. Но при этом я не исключал, что при виде невесты мне в голову может прийти некое спонтанное решение – и на этот случай я заранее отдал необходимые распоряжения.
Я даже слегка подвисла на пару секунд от подобной логики. А когда пришла в себя, сказала:
– Спасибо за урок. Никогда не думала, что можно продумывать столь ветвистые проекции в будущее, учитывая сложности собственного непредсказуемого характера.
Виталий расхохотался.
– Ничего себе построение фразы! Слушай, да с тобой, я чувствую, не соскучишься! Обожаю девушек, с которыми есть о чем поговорить и которые умеют подкалывать столь изящно.
– Я здесь в единственном числе, если что, – заметила я. – Хотя при твоих активах не исключаю наличие у тебя гарема разговорчивых подкалывальщиц, которым я в подметки не гожусь.
Виталий аж поперхнулся.
– Извини, ляпнул не подумавши. В общем, думаю, нам с тобой будет весело. Давай уже переоденемся и поищем, что у нас есть в плане пожевать.
В пакетах оказались очень красивые и мягкие спортивные костюмы. А еще в шкафу нашлись две коробки с кроссовками, снабженные аналогичными стикерами.
Я забрала пакет с костюмом и коробку с обувью и ушла в просторную примерочную, где с удовольствием стянула с себя свадебное платье, после чего надела то, что приготовила для меня Руффа. И даже не особенно удивилась тому, что одежда пришлась мне впору, словно ее специально шили для меня на заказ. Если вышла замуж за волшебника, не стоит воспринимать чудеса как нечто необычное.
Костюм оказался очень мягким, подкладка прямо ласкала тело. И кроссовки, словно специально сшитые на меня, были легкими, совершенно невесомыми, и чудилось, будто я ступаю не по полу, а по мягким подушкам.
Я вздохнула.
Конечно, понятно, что жизнь «по-богатому» – это совсем не то, что представляло собой мое каждодневное существование, которое, по сути, было просто выживанием в агрессивной среде.
Когда же у тебя есть деньги, каждый день превращается в постоянное, непрерывное наслаждение комфортом.
Во всем, даже в мелочах.
Аромат изысканного блюда, коснувшийся твоих ноздрей в ресторане…
Изящная золоченая финтифлюшка на резном подлокотнике старинного кресла, за которую зацепился взгляд…
Тихий рокот двигателя машины, навевающий мысли о скорости и надежности современной кареты, в которой передвигается нынешняя знать…
Или вот, например, просто кроссовки, которые не ощущаются на ноге и которые не требуется разнашивать…
– Женушка, ты скоро там?
По голосу Виталия было понятно, что он улыбается. Я оторвалась от зеркала, в котором рассматривала себя, в процессе слегка задумавшись, – и выпорхнула из примерочной.
– Я уже. И ты забыл добавить «фиктивная» перед «женушкой».
– Ты прекрасна даже в спортивке, – заметил Виталий, окинув меня взглядом. – И да: даже фиктивная жена не перестает быть красивой оттого, что наш брак является следствием финансового договора.
– Спасибо за комплимент, ты тоже очень хорошо выглядишь, – сказала я, оценив атлетическую фигуру мужа, которую выгодно подчеркнул спортивный костюм. – И да: так-то любой брак – это отчасти финансовый договор.
– Не отчасти, а всецело, – усмехнулся Виталий. – Только это типа из морально-этических соображений не проговаривается при заключении брака, зато потом практически всегда всплывает при его расторжении. Слушай, давай хотя бы сегодня не будем говорить о договорах и деньгах? И о том, что мы поженились для того, чтобы провернуть небольшую бизнес-аферу. Предлагаю сегодня тупо отдохнуть от всего и прежде всего чего-нибудь сожрать. Что скажешь?
– Я только за, – улыбнулась я.
…Кухня в особняке Виталия была похожа на космический корабль. Огромная, набитая блестящей техникой, предназначение большинства из которой с ходу понять было затруднительно.
Виталий подошел к громадному двустворчатому холодильнику, распахнул дверцы и улыбнулся:
– Адлай тоже не подвел. Это наш повар, он тоже с Филиппин. Наготовил на целую армию. Что скажешь насчет жареного седла ягненка с весенними овощами?
Я развела руками:
– Если честно, я не очень люблю баранину за привкус и запах.
Виталий усмехнулся:
