Он подошел к жене и прикоснулся кончиками пальцев к обнаженным плечам, стал их поглаживать. Пропустил черные локоны между пальцев, словно музыкант, играя на струнах.
– Саманта, ты не изменила своего решения?
– А ты?
– Мое предложение в силе.
– Тогда надо быть полной дурой, чтобы не согласиться на твое предложение. Мне терять нечего. Я уже не девственница, но и не опытная женщина. Что-то между. Давай доведем начатое до конца и закроем эту тему.
– Как скажешь, – проговорил граф, понимая, что это для него конец. Завтра он ее потеряет.
Алекс взял Саманту за плечи и приподнял с пуфа. Прижал ее спиной к своему телу. Горячее дыхание и легкие поцелуи обожгли шею девушки. Дыхание стало прерывистым.
Одной рукой Алекс потянул лиф пеньюара вниз, оголив девичьи груди с розовыми сосками. Рукой накрыл упругую плоть и стал ее сжимать, поглаживать, пока соски не затвердели. Вторая рука поглаживала плоский живот, опускаясь ниже по бедру, ягодицам, стремясь к заветному лону. Рука проникла под нежный шелк пеньюара и стала играть с черными курчавыми волосками на лобке девушки.
Саманта изогнулась и плотнее прижалась к Алексу. Ее дыхание участилось. Увидев в зеркале отражение: свое полураздетое тело, обнаженную грудь с набухшими сосками и руки супруга у себя между ног, Саманта издала стон возбуждения, побуждая графа продолжать начатое.
Алекс спустил на пол нижнее белье жены, подхватил ее на руки и отнес на кровать. Продолжая губами и руками исследовать, поглаживать и нежно мять ее тело, он не мог насытиться пока еще своей женой. Вздохи девушки подбадривали графа, внушали уверенность.
Слегка раздвинув ноги девушки, Алекс дотронулся до ее клитора. Саманта рефлекторно сдвинула ноги, пытаясь оттолкнуть его руки.
– Доверься мне. Я больше не сделаю тебе больно. Обещаю. Верь мне, – с мольбой и нежностью попросил он.
Саманта расслабилась, пытаясь отогнать воспоминания их близости в конюшне.
Алекс накрыл поцелуем ее сосок, втянул его в рот и стал посасывать, как жаждущий пытается напиться. Почувствовав, что она опять расслабилась, он еще раз раздвинул ее бедра и накрыл ее лоно рукой, проникая одним пальцем в манящую влагу. Саманта вздрогнула от наслаждения, смяла простынь в руке. Палец графа стал ритмично двигаться во влагалище, одновременно играя с клитором. Графиня извивалась в руках Алекса без тени смущения и стыда, полностью расслабившись и отдавшись его власти.
Алекс оторвался от девичьей груди и набухших сосков, согнул в коленях ее ноги и еще шире их раздвинул. Стал на колени между ее бедер и внимательно посмотрел на нее, ловя взгляд Саманты и наслаждаясь ее возбуждением. Она была вся в ожидании.
Он опустился и стал целовать внутреннюю поверхность бедер, женское лоно, посасывать и слегка покусывать клитор. Игра стала набирать обороты. Его язык проник во влагалище, играя с женской плотью и пробуя ее на вкус. Он продолжал то играть с клитором, то проникать языком в женское лоно. Очередное посасывание – и тело девушки сотрясла волна оргазма. Руки Саманты обхватили голову Алекса и плотнее прижали к своему лону. Гортанный крик наслаждения вырвался из ее груди.
Когда Саманта перевела дыхание и волны оргазма перестали сотрясать ее тело, она открыла глаза, встретилась взглядом с проницательными и заботливыми глазами мужа. Улыбка заиграла на его лице.
– Я же обещал, что не сделаю тебе больно. Тебе понравилось?
– Ты ждешь ответа? – смутилась графиня.
– Да. Это часть нашего договора. Ты забыла? Я доставляю тебе удовольствие, и ты получаешь от меня свободу.
Алекс ждал ответа. Он отдавал себе отчет – доставив ей удовольствие, он ее потеряет. Но и поступить по-другому не мог.
– Да.
– Что «да»?
– Да. Я получила наслаждение, – блаженство прозвучало в ее голосе.
Саманта смотрела на Алекса, который продолжал сидеть на коленях между ее ног. Он был полностью одет. Она лежала обнаженная, ни на грамм не смущаясь своей наготы. Она привстала на локти, чтоб лучше видеть мужа.
– Алекс, может, я и не опытная в этих делах, но мой опыт и мои представления об отношениях между супругами говорят о том, что это не все. Наслаждение получила только я, а ты?
Ничего не отвечая, Алекс встал с кровати. Даже через ткань брюк была четко видна сила его возбуждения.
– Это не важно. За все в этой жизни надо платить. Это моя плата за содеянное, – ответил он и собрался уходить.
– Ты уходишь? – возмущенно спросила она.
– Так будет лучше.
– Ты шутишь? – взбешенно закричала она, вскакивая с кровати и прикрывая свое тело простыней. – Играешь в благородство? Да кто тебе дал право играть со мной? Попользовался мной, как только возможно, и все – ты свободна? Ты лишил меня девственности самым грубым образом, потом доставил неописуемое блаженство, поднес к небесам, но так и не сделав меня женщиной. А теперь уходишь. Да кому нужно твое благородство? Ты опять меня использовал.
Слезы жгли глаза, ком подступал к горлу.
– Я что, не достойна даже нормально стать женщиной? – сквозь слезы обиды и боли проговорила девушка. – Что со мной не так?
Алекс замер в шоковом оцепенении.
