Филантропия в Америке полностью

Инициативу организации этой «дороги к свободе», грозившей тюрьмой или смертью не только беглецам, но и их помощникам, взяли на себя еще в начале века квакеры. Позднее к ним присоединились методисты, пресвитериане и конгрегационалисты, а также группы освобожденных негров и мулатов. На этой, как правило, ночной дороге «проводник», хорошо знающий местность, переправлял одного или нескольких рабов на «станцию». Ею обычно служил дом сочувствующего «начальника станции», оттуда на другую «станцию» и так далее, пока рабы не попадали на свободную территорию. За десятилетия существования «дороги свободы», которая не могла бы действовать без тайных организаций, смелости и щедрости ее членов и прямых пожертвований богатых аболиционистов, на Север (американский и канадский) были переправлены многие десятки тысяч рабов. По одной из оценок к 1850 году «железная дорога», движение по которой стартовало в начале 19 века, переправила на Север и дала свободу примерно 100 тыс. рабов.

После Закона 1854 года, позволившего жителям новых штатов Канзас и Небраска самим решить быть ли им свободными или рабовладельческими, как аболиционисты, так и сторонники рабства отправляли сюда деньги, оружие и снаряжение для противоборствующих групп. Среди были и террористические банды. Со стороны аболиционистов одну из таких банд возглавил Джон Браун (John Brown, 1800–1859), позднее повешенный в Вирджинии за организацию вооруженного восстания рабов. Молодой рабовладелец Уильям Квонтрилл (William C. Quantrill, 1837–1865) возглавил подобную банду со стороны защитников рабства. В годы Гражданской войны Квонтрилл стал лидером партизанских отрядов южан, наводивших ужас на жителей свободных регионов. Это были не столь частые в Америке случаи, когда использование ассоциаций и филантропии было доведено до крайностей радикализма и терроризма, неизбежных в условиях надвигающейся Гражданской войны.

***

Усиление гражданской активности вокруг вопроса о рабстве способствовало, по словам П. Холла, «национализации публичной жизни» в стране. Он имеет в виду перемещение этой активности снизу на уровень национальных ассоциаций и политических организаций, появлению многочисленных изданий и публикаций, обращенных к общеамериканской аудитории и требующих от федеральных властей, наряду с отменой рабства, проведения и других социальных реформ.

Среди последних особенно значительным было движение за гуманное обращение с душевнобольными из бедных семей. Его возглавила Доротея Дикс (Dorothea L. Dix, 1802–1887) из Новой Англии. Она известна американцам не только заслугами в этом движении. Будучи суперинтендантом медицинских сестер армии северян в годы войны, Дикс велела сестрам оказывать помощь всем раненым на полях сражений – как северянам, так и южанам. У нее было тяжелое детство в семье алкоголиков и собственный душевный срыв в молодости, что во многом определило ее милосердное и социально активное поведение в дальнейшем. Тому же способствовала ее поездка Дикс в Англию, где она, проживая в квакерской семье известных социальных реформаторов, познакомилась с тем, как здесь с участием Палаты общин и правительства решалась проблема душевнобольных бедняков.

Все это подвигло ее в 40-е годы 19 века на «крестовый поход» за решение этой проблемы в США. Объездив со своей социальной миссией многие штаты, Дикс добилась наибольшего успеха в Луизиане. Она убедила власти штата и ряда округов, а также общинных активистов и богатых людей приступить к организации контролируемых правительством и общественностью публичных психиатрических госпиталей. Эта мера, как тогда полагали, должна была значительно улучшить положение душевнобольных, которых обычно отдавали в чужие семьи или в частные заведения, где с ними нередко жестоко обращались.

Вслед за тем она начала лоббировать Конгресс. В результате усилий Дикс и других активистов в 1854 году был принят закон, выделяющий штатам более 12 млн. акров федеральной земли, доходы от которых помогли бы им строить дома и лечебницы не только для душевнобольных, но также для слепых, глухих и немых. К огорчению не одной Дикс, но и всех, кто стремился облегчить участь этих несчастных, президент Франклин Пирс (Franklin Pierce, 1804–1869) наложил на закон вето, заявив, что он «…не находит никаких оснований в Конституции, для того чтобы превратить федеральное правительство в главного благотворителя всех Соединенных Штатов». Печально знаменитое «вето Пирса» обозначило тот консервативный подход федеральных властей к ответственности за социальную поддержку бедных и несчастных, который выдерживался вплоть до начала 20 века. Эта социальная проблема по-прежнему осталась заботой семей, местных властей, общин и, конечно, частной благотворительности.

***