Жоффруа вспоминает о завоеваниях Филиппа Августа, Людовика VIII, Святого Людовика, Филиппа Смелого. Ни один из этих королей не давил так народ налогами. Никто из них не позволял себе быть обманутым своим окружением. Но Филипп Красивый не подражал своим предшественникам:
Если он будет продолжать разорять бедных людей, то молитвы, покаяния, милостыня и даже крестовые походы будут бесполезны для спасения его души. Он собирал налог в виде сотой доли от имущества, потом пятидесятой, присваивал все
Филипп занимался "порчей" монеты, и именно его советники получали на этом прибыль. Они вложили приобретенные таким способом деньги в купленные ими большие поместья, где было больше сосудов и мисок, кубков и чаш из золота и серебра, чем мог владеть король:
Пусть он окружит себя мудрыми советниками; пусть прислушивается к ним:
Именно плохие советники втянули его в разорительные и бесполезные войны: против Англии и против Фландрии. Именно они виноваты в том, что его несколько раз обвиняли в трусости. Если он их не обуздает, он будет опозорен, и весь его народ восстанет против него, потому что он не сдержал клятву, которую дал в Реймсе во время своей коронации.
Жоффруа Парижский передает то, что он слышал в Париже; вероятно, он добавляет к этому некоторые идеи, характерные для его клерикальной среды. Как бы ни были сильны его обличения, они остаются относительно умеренными. В провинциях атмосфера была более накаленной. Люди действовали друг другу на нервы, они возбуждали друг друга, и собрания приобретали вид заговоров. Дворяне организовывали эти все еще спорадические движения. Они разжигала недовольство третьего сословия (крестьян и буржуа) с помощью демагогии, надеясь заручиться его поддержкой. Казалось, настало время использовать народный гнев. Сеньоры были воинами; они знали, что народные восстания обязательно будут подавлены. Они считали, что это их наследственный долг и в их интересах руководить бедняками и направлять их. Очевидной целью была защита свобод путем прекращения расширения королевской власти, которая быстро превращалась в деспотию. Настоящей целью было возвращение к старым добрым временам феодализма. Тем не менее, сеньоры также претендовали на выражение чаяний народа, что было, мягко говоря, парадоксально, но свидетельствовало о нарастающей роли буржуазии: ее больше нельзя было игнорировать, хотя ей и завидовали. Жоффруа Парижский:
