Филипп IV Красивый. 1285–1314 полностью

Собор, которого желал Григорий X, собрался в Лионе[48], в соборе Святого Иоанна. Его важность, его блеск, его результаты — к сожалению, эфемерные — поразили общественное мнение. В ней приняли участие пятнадцать сотен прелатов в присутствии представителей всех государей. Красноречие святого Бонавентуры[49] завоевало поддержку тезисов Григория X. Константинопольский и Антиохийский патриархи отреклись от восточного раскола. Решение о всеобщем крестовом походе было принято с энтузиазмом. Папа ликовал; он не мог поверить, что игра выиграна. После собора он приступил к сглаживанию последних разногласий. Он добился от Альфонсо X Кастильского отказа от претензий на Германию, оставив ему фиктивный титул императора. После ликвидации раскола больше не было причин откладывать крестовый поход, о котором мечтал Григорий X, в нем должна была участвовать вся воинская элита христианства во главе с двумя императорами (Рудольфом Габсбургским и Михаилом Палеологом), с королями Франции и Неаполя! Но по возвращении Константинопольский патриарх отрекся от своего народа, и Михаил Палеолог, не желая столкнуться с религиозной войной, восстановил раскол. Что касается западных государей, то возникает вопрос, было ли у них твердое намерение совершить "Святое паломничество", несмотря на их эффектное взятие креста и рвение, с которым они собирали decima[50], пожалованную для этой цели. В любом случае, когда Григорий X умер в 1276 году, проект крестового похода, казалось, был оставлен; согласие между государями, с таким трудом завоеванное, уже было под вопросом.

Король Наварры Генрих III[51], граф Шампани и Бри, умер 22 июля 1274 года в Памплоне, как говорят, задохнувшись от жира. Его единственной наследницей была Жанна де Наварра[52], "такая маленькая, что лежала в колыбели": она родилась в 1273 году. Вдова короля, Бланка д'Артуа[53], племянница Святого Людовика, должна была принять регентство. Будущее Наварры, очевидно, зависело от брака, который впоследствии заключит маленькая Жанна. Арагонцы и кастильцы вступили в соревнование без лишних слов! Наваррские кортесы были враждебны Франции; они выбрали арагонского принца. Когда регентша узнала об этом, она вместе с дочерью попросила убежища во Франции. Она справедливо опасалась буйства наваррских баронов и, еще больше, близости Арагона и Кастилии, которые также стремились присоединить Наваррское королевство. Следует признать, что Филипп III (или его советники) прекрасно понимал ситуацию. Примас рассказывает: "Девочку нежно и охотно приняли при дворе в Париже, и воспитывали вместе с королевскими детьми, пока она не стала достаточно взрослой, чтобы быть выданной замуж за высокородного человека". "Высокородным человеком" стал естественно будущий Филипп Красивый. Его отец поспешил обратиться к Святому Престолу за разрешением, в результате чего молодой принц был обручен с наследницей Наварры. Этот неожиданный брак увеличил бы королевские владения не только в Наварре, но и в графствах Шампань и Бри, которые были желанными для Капетингов на протяжении веков! В то же время Бланка Артуа уступила регентство Филиппу III. Он немедленно отправил Эсташа де Бомарше, сенешаля Тулузы, в Наварру, для приведения к присяге баронов и восстановления порядока. У сенешаля была жесткая хватка; но он не сумел, укротить гордых наваррцев и оказать уважение местным обычаям. Часть населения подняла восстание. Бомарше пришлось запереться в крепости Памплона. Когда Филипп III узнал об этом, он послал Роберта Артуа с сильной армией. Восстание было подавлено (в 1276 году), и французы окончательно обосновались в Наварре.

Король Франции мог справедливо жаловаться на помощь, оказанную повстанцам рыцарями Кастилии с согласия Альфонсо X. Последнее вскоре принесло ему более серьезную обиду, что послужило поводом для Филиппа III совершить свое первое преступление. Фердинанд де Ла Серда умер в 1275 году. Он оставил двух детей[54], племянников Филиппа через их мать Бланку Французскую. Дон Санчо[55], по прозвищу "Храбрый", младший брат Фердинанда, претендовал на наследство престола. Он утверждал, что право представительства не существовало в Кастилии до составления кодекса "siete partidas", автором которого был его отец, и что это право все еще носило случайный характер. Поэтому он попросил применить кастильский обычай, согласно которому трон переходил к ближайшему родственнику умершего короля: он был ближе к Альфонсу X на одну ступень, чем инфанты де Ла Серда. Дон Санчо также ссылался на свои многочисленные победы над королями Гранады и Марокко. Он сделал так много, что кортесы Кастилии, собравшиеся в Сеговии, назначили его наследником короны.