Филипп VI. Первый из Валуа полностью

Финансовый дефицит оставался настолько сильным, что Филипп решился нарушить сложившуюся практику, издав 16 марта 1341 года ордонанс о габели на соль. Он зарезервировал продажу соли в королевских хранилищах, где потребители могли купить ее по цене, включавшей рыночную стоимость продукта и налоги для короля. Соляные хранилища, созданные в 1342 году[355], использовались не только для хранения соли, но и служили помещениями для судов по мелким тяжбам, связанным с этим налогом, который в 1343 году стал постоянным. Впервые король утвердил свое право на взимание налога, приняв одностороннее и авторитарное решение.

Однако, этого было недостаточно для преодоления финансового кризиса, который усугубился с 1343 года, когда заключенное с Англией перемирие вынудило Филиппа приостановить сбор налогов и других субсидий, поступавших в казну: налогообложение перестало быть оправданным когда наступило мирное время. Загнанный в угол, Филипп созвал ассамблею сословий всего королевства. Первый созыв такой ассамблеи, которую иногда, но ошибочно, называют Генеральными Штатами[356], состоялся в 1302 году, в правление Филиппа IV[357]. Предыдущая по времени ассамблея состоялась в 1326 году в Мо по поводу конфликта с Англией. В августе 1343 года король добился введение налога в размере четырех денье с ливра на все торговые операции в королевстве сроком на один год, несмотря на сильное сопротивление делегатов. В 1346 году были созваны новые ассамблеи, делегатов Лангедойля в Париже (2 февраля), а делегатов Лангедока — в Тулузе (17 февраля). Переговоры были тяжелыми, король получил лишь скудные субсидии и был вынужден взять на себя обязательство, что налог на соль будет временным[358].

Сопротивление налогам представителей сословий заметно ослабело после череды военных поражений, и по молчаливому согласию финансовое участие в войне должно было способствовать победе. В 1347 году, вскоре после падения Кале, сословия церковной провинции Реймс потребовали у короля созыва очередной ассамблеи, и Филипп был вынужден согласиться, чтобы не потерять контроль над страной[359]. Ассамблея состоялась в Париже 30 ноября 1347 года. Филипп был жестоко отчитан делегатами: "Могущественнейший государь, вы должны знать, каким образом и с помощью чьих советов вы вели свои войны, и как вы, благодаря этим дурным советам, всегда проигрывали и никогда не побеждали"[360]. Что касается финансовых вопросов, то ассамблея, как говорят, проголосовала за новый сбор налога, который должен был стать последней попыткой завершить войну.

Эти ассамблеи, которые изначально носили исключительно консультативный характер, в конце концов смогли договориться о своем участии в обсуждении налогов и потребовали права голоса при распределении, сборе и использовании средств. Они также выражали свое мнение, не стесняясь осуждать и критиковать политику, проводимую королем и его советниками. С этого момента они ощутили себя политической силой, с которой королевская власть должна была считаться. Однако затяжной характер войны привел к тому, что налоги приходилось собирать практически постоянно[361]. В начале правления налогообложение было непостоянным и неравномерным от региона к региону, но к 1347 году утвердился принцип единого согласованного налога для всего королевства. Таким образом, подданные осознали свою принадлежность к единому пространству, защита которого, даже если оно находилось в руках короля, требовала общих финансовых усилий. Налоги давали монархическому государству средства для развития, а также способствовали осознанию принадлежности к сообществу, объединенному защитой общей территории, а значит, и зарождению национального чувства.

Поражение при Креси и падение Кале стали поворотным пунктом в правлении Филиппа, который стал постепенно уступать управление страной своему наследнику. Он вверил ему королевство, чьи институты были основательно реформированы благодаря активной законодательной деятельности.

Чистки среди приближенных короля было недостаточно, чтобы восстановить доверие к Филиппу, который был сильно дискредитирован поражением при Креси и потерей Кале. В 1347 году пятидесяти четырехлетний государь предпочел отойти от дел в пользу своего сына Иоанна. Это отступление, свидетельствующее об ослаблении королевской власти, было также способом обеспечить династическую преемственность в то время, когда семья Валуа находилась у власти совсем недолго: привлекая сына к управлению государством при своей жизни, Филипп возобновил практику, которой следовали первые Капетинги, обеспечив таким образом бесспорное и неоспоримое престолонаследие.