Философия аналитики полностью

Таким образом, вторая слабость российской аналитики состоит в полном отсутствии людей, имеющих знания и опыт работы с технологиями генерации документов информобеспечения стратегического управления на основе второго стандарта. Для эффективного принятия политических, экономических и военных решений документопоток, создаваемый нынешней аналитикой, не применим. Отсюда – признанный «наверху» факт, что политическая аналитика в стране отсутствует или предельно слаба.

Третья слабость российской аналитики происходит из того, что в российском аналитическом сообществе огромную роль играют выходцы либо люди, связанные со спецслужбами и военной разведкой. Однако в СССР были строгие законы, ограничивавшие аналитическую деятельность КГБ и ГРУ. Например, КГБ законом запрещалось проведение политической и идеологической работы на территории Союза. Было запрещено проведение политических, в том числе подрывных, акций за рубежом. КГБ не имел права заниматься аналитической работой по своим материалам, а был обязан передавать в ЦК КПСС и другие организации только чистые факты, без всяких анализов и выводов. Последним занимался ЦК – главная спецслужба Советского Союза.

В качестве иллюстрации к сказанному напомним один факт. С февраля 1921 г. Ф. Дзержинский был назначен наркомом путей сообщения. Но под прикрытием борьбы с массовыми хищениями на железной дороге, на базе НКПС была создана мощная внутренняя политическая разведка – с целью своевременного выявления угроз военных переворотов, политического саботажа и иных антисоветских заговоров. С февраля 1934 г. эту разведслужбу возглавил Л. Каганович, совместив руководство ею с руководством Комиссией Партийного Контроля (КПК) при ЦК ВКП(б), т. е. партийной контрразведкой.

Третья слабость аналитики состоит в том, что в основе российского аналитического сообщества не лежат советские традиции и опыт создания и управления системой анализа и систематизации информации по политической и военно-политической ситуации в стране. Нет и не было кадров. Нет и не было соответствующих оргтехнологий. И т. д.

Четвёртая слабость. В октябре 2007 г. В. Лефевр представил в Москве свою новую технологию управления поведением выбора в так называемых полисубъектных средах. Т. е. в ситуациях, когда существует много различных акторов, которые, к тому же, все друг на друга влияют, пытаясь провести выгодные им решения. Лефевр и его сотрудники тестировали эту технологию 10 лет. Но целью тестирования было добиться не просто проверки её достоверности и эффективности. Задача была поставлена иначе: превзойти эффективность экспертного сообщества. Так, если оценка ситуации на основе работы с экспертным сообществом даёт достоверность в 12 %, то новая технология Лефевра должна была надёжно давать 12,5 %. Они этого достигли.

Замечательный успех Лефевра и его коллег создал абсолютно новую ситуацию в управлении конфликтами. Сегодня для управления конфликтом нет необходимости в существовании экспертного/аналитического сообщества. Более того, если это сообщество существует и активно влияет на принятие решений, оно даёт заведомо худшую оценку ситуации, чем лефевровская технология, гарантируя «своим» стратегический проигрыш.

Таким образом, четвертая слабость аналитики в России состоит в том, что сам факт существования организованного аналитического сообщества, вследствие технологического прогресса, стал причиной стратегических поражений руководства страны (в условиях конфликта с противником, обладающим опытными кадрами, работающими в полисубъектных средах). Причём это поражение гарантировано даже при наилучшей организации и кадровом оснащении аналитического/экспертного сообщества (sic!).

Пятая слабость российской аналитики – так называемая «вовлечённость» аналитиков. Иными словами, нормальный российский аналитик считает своим долгом занять «позицию», «принять сторону». Это наследие советской власти, когда каждый гражданин был либо с нами, либо против нас. Помните – с кем вы, деятели науки?

Для политической и идеологической идентификации это правильно. Но для оценки ситуации в условиях многовекторного конфликта и сверхкритической неопределённости это – катастрофа. Не зря недавно в Йельском университете США был опубликован отчёт по исследованию влияния вовлечённости аналитиков на их эффективность. Оказалось, что, чем выше уровень вовлечённости, тем хуже качество аналитической оценки.

Идеал аналитического центра – полная социальная изоляция. Причём технология полной изоляции была отработана в России. Американцы только перепроверяли достигнутые нами результаты. И полностью подтвердили их.