Отсюда совет в плане прагматики: принимая должность, прикиньте – предусмотрена ли там функция жертвенного животного? Если сильно не повезет, кого-то все равно потащат на алтарь, вопрос, потащат ли вас? Особенно осторожнее с детьми, согласно современным законам, педагог там всегда заложник. Если злые боги убьют ребенка, им будут мстить, пытая его. Совет в плане этики: если случилось горе, не обязательно хотеть чьей попало крови.

Далее, магическое мышление детей-дикарей верит в заговоры. Напомним, несчастных случаев не бывает, да и счастливых тоже. За любым событием умысел. Слишком большое событие сложно объяснить единичным умыслом. Значит, работали группой. Поскольку такой группы явно не существует, значит, работали тайно. Не случайно все, что кажется важным: динамика котировок нефти и золота, распад СССР, распад Российской империи и т. д. Вплоть до самого появление хомо сапиенс, это ведь большое событие? Значит, сначала кто-то должен решить. Поскольку на момент появления хомо сапиенс сами хомо сапиенс собраться и решить не могли, это доказывает бытие Божье. Или как минимум бытие инопланетян. Это почти не шутка. Если считать заговор неотъемлемой фигурой мышления, она почти всегда приведет к миру, где умышляют не только люди. А уж Бог, или рептилоиды, или реплоиды с Богом – как повезет.

От этой веры давно известны противоверия. Например, старое правило – не объяснять заговором то, что можно объяснить глупостью. Слово глупость можно заменить словом случайность. Будет звучать не так эффектно, но шире.

Еще одно широкое правило.

Не рационализируй чувства. Если тебе плохо, не обязательно, чтобы в этом был кто-то виноват.

Иногда это просто плохо, и никто не виноват. Иногда виновный есть, но не обязательно самый заметный. А ведь дети-дикари сначала думают на него. Заметным можно быть в любом смысле, потому что слишком большой (царь, президент), слишком близко (родители, дети, жена или муж), слишком не нравится (кто угодно, лишь бы уже не нравился).

<p>Глава 23</p><p>Вера в веру</p>Умного человека мало. – Кусочек утопии. – Презумпция виновности. – Проблемы моих психологов. – Вера второго сорта.

Верить и доверять приятнее и проще, чем проверять и сомневаться. Хотя бы только поэтому люди склонны к перепроизводству веры. И на это стоит делать поправку: семь раз проверь, один раз поверь. Люди верят другим по разным причинам. Самое простое – из личной симпатии или принимая одни добродетели за другие.

Если человек хороший, это не значит, что он прав.

Вроде бы очевидность, но слово хороший можно заменить словом умный.

Нет такой глупости, которую не поддержал бы хоть один умный.

Но при условии, что эта глупость достаточно популярна. Если это заблуждение, которое разделяют только на одном хуторе, мы можем не найти интеллектуала, но если это глупость, у которой миллионы сторонников, тогда… Теория вероятностей за то, что мы найдем кого угодно. Ради эксперимента можно взять самые странные убеждения политического, религиозного, бытового, научного характера. Если поискать хорошо, мы найдем там умного и образованного адепта. Может быть, даже профессора (сумасшедший профессор как типаж водится не только в кино). В других отношениях он может производить отличное впечатление: специалист своего дела, рассудительный и т. д., но как только разговор заходит про это… возможно, там причины психологического характера, какой-то изгиб личной судьбы. Нам сейчас это неважно. Важно, что это очень слабый аргумент – найти какого-то единичного эксперта, производящего хорошее впечатление. В обозе любого бреда всегда везут таких, не обращайте внимания.

Другое дело, если от единичных экземпляров перейти к статистическим массивам, хотя бы сделать шаг. Поясним. Например, есть некое убеждение про мир, его разделяют 70 % населения, 20 % не уверены, 10 % против. Это не говорит ни о чем, такие вопросы не решаются большинством (то, что земля плоская, знало куда больше 70 %), как, впрочем, и меньшинством. Возможно, эти 10 % диссидентов – интеллектуальная элита, а возможно, озлобленные сектанты. Но допустим, мы измеряем коэффициент интеллекта. Ничего оригинального, например стандартные тесты Айзенка. И выясняется, что у точки зрения А средний сторонник имеет 90 баллов, а у точки зрения Б – 110 баллов. Вот это уже кое-что значит.

Перейти на страницу:

Все книги серии Рациональная полка Александра Силаева

Похожие книги