«…есть большие основания „в-себе-и-для-себя“ Символа, т.е. становящееся понимание, именовать Словом. Слово, прежде всего, и есть не что иное, как Понимание. Но Слово, так или иначе функционирующее Понимание. Надо не только понять предмет; надо еще и активно куда-то направить свое понимание, кому-то его сообщить, – короче говоря, наделить его определенной активностью, чтобы Понимание стало Словом. Слово есть Понимание в действии, подвижное Понимание, Понимание как становление и стремление» (Диалектика мифа. Дополнение. С. 345).
С. 188.* «
См. в этой связи следующее замечание А.Ф. Лосева о соотношении умного и физического:
«…все умное в отношении физического есть некий бесконечный предел, к которому физическое, сколько бы ни приближалось, никогда не может приблизиться так, чтобы расстояние между ними равнялось нулю. Умный предмет есть бесконечность, бесконечно большое число» (Диалектика мифа. Дополнение. С. 389).
См. так же его мысли о соотношении смыслового и вещественного (на примере числа):
«Не забудем, однако, что природа числа противостоит природе вещи как чисто
С. 190.* «
С помощью данного концептуального аппарата А.Ф. Лосева может быть осмыслен и предмет современной психолингвистики.
С. 191*. «
По замечанию Л.А. Гоготишвили, здесь имеются в виду многочисленные популярные в то время исследования по экспериментальной фонетике в Казани, Одессе, Москве и т.д. (
С. 191.** «
Идея эйдетической природы звука лежит в основе классического варианта фонологии, основные установки которой разделял и А.Ф. Лосев в своих последних работах по лингвистике. Что же касается самой противопоставленности психического и эйдетического и, в частности, «перевода психического в эйдетическое», то А.Л. Доброхотов так поясняет подобную ситуацию:
