12. Принципы и законы диалектики. Указанные моменты в предметной сущности слова – столп и утверждение всякой диалектики (116). По общему диалектическому закону, мы получаем энергию сущности (184 – 185). Основной принцип диалектики есть принцип раздельности в тождестве, или тождества в раздельности, в различии. Этим обеспечивается жизненность и органичность диалектического предмета (153).
13. Антиномии, противоречия. Отсюда получаются для абстрактного ума антиномии, которые для диалектики суть необходимые звенья единого целого. Разумеется, подробно развитая антиномика возможна только при условии подробно же развитой диалектики; в этом предварительном диалектическом анализе полезно привести хотя бы только примерные антиномии (165). Это – антиномия для абстрактно-метафизической мысли. А так как мы хотим рассуждать не абстрактно, а жизненно, и не метафизично, а диалектично, то для нас нет выбора между тезисами и антитезисами. Мы принимаем сразу и тезис, и антитезис каждой антиномии и объединяем их в живом синтезе второго определения сущности, а именно определения в абсолютном меоне. Получающиеся в результате такого определения факты – одинаково и они, и не-они, и действуют самостоятельно и суть результат действия первоначальной сущности, и ответственны за себя и не ответственны. Такова жизнь (166). Это вы, абстрактные метафизики и нигилистические идеалисты-утописты, боитесь противоречия и не умеете его формулировать, а не мы, диалектики, для которых противоречие есть жизнь и жизнь есть противоречие, ждущее синтеза (43 – 44).
14. Диалектическая необходимость, моменты, ступени. Все это – диалектически необходимые и диалектически точные формулы и категории моментов имени, а не та эмпиристическая и психологистическая неразбериха, которой полны традиционные руководства по языкознанию (195). Диалектически вывести имя и значит вывести всю сущность со всеми ее подчиненными моментами; она (т.е. сущность. – В.П.) имеет определенную диалектическую судьбу (175); сущность, явившаяся в полноте своих диалектических моментов (169). И вот – новое диалектическое сопряжение: сущность и – выражение ее для иного, или энергия сущности (184); диалектика требует софийного момента (220). И мы видим теперь всю необходимость диалектической связи между идеей и ноэмой (188); диалектико-динамический аспект рисует интеллигентные и вне-интеллигентные фигуры сущности (122); категория стилистики диалектически позже эстетики, грамматики и риторики (212); «горизонтальная» диалектика единства, эйдоса и пневмы; «вертикальная» диалектика интеллигенции (167); триадическая диалектика (164); диалектическое место языковой стихии вообще (195); диалектически-динамические моменты при этом мы мыслим входящими в каждый из созерцательно-статических моментов (202). В своей характеристике эйдоса мы брали моменты эйдоса в узком смысле, моменты выражения, логоса и меона, подчинивши динамически-диалектические моменты этим основным видам эйдоса вообще (220).
15. Виды диалектики. Ономатическая диалектика инобытия (101); объективная диалектика (224); чистая диалектика (217); необходимо нужно будет признать, что все, утверждаемое нами о сущности как такой, есть утверждение символическое. Не просто проецируются вовне все наши диалектические моменты сущности. Это было бы вивисекцией живой сущности, грубой рационализацией ее жизненной мощи. Наша диалектика, поскольку она – в свете энергий сущности, есть символическая диалектика (123).
