1. Имя есть та смысловая стихия, которая мощно движет мертвым Телом на путях к Раздражению и Ощущению, к растительному и живому Организму, а Организм – к Мысли, Воле и Чувству (176). Без слова и имени человек чисто животный организм… Имя предмета есть цельный организм его жизни в иной жизни, когда последняя общается с жизнью этого предмета и стремится перевоплотиться в нее и стать ею (68). Слово живет не только как физический и неодушевленный процесс, но и как живой, растительно-животный организм (86).
2. Психологическая природа слова сводится к текучей, в органически-живом теле данной самоощутимости осмысленного воспроизведения предметной сущности слова… И если, говоря о фактах языка, я не говорю, как они переживаются в связи с теми или иными органическими процессами тех или иных живых людей, то я занимаюсь не психологией, но – логикой, грамматикой, математикой, чем хотите, только не психологией… И только когда вы заговорите о переживаниях значений, форм и звуков слова, о переживаниях, зависящих от состояния и самочувствия человеческого организма, только тогда вы станете на почву психологии (190); единый организм жизни слова; физический организм слова (84). Фонема – проявление живого организма (179).
3. Мы нашли объективную сущность вещи, которая в своих смысловых энергиях воплощается на физико-физиолого-психологическом организме (191 – 192).
4. Организм – только там, где раздражение, а раздражение – только там, где раздражающийся вступает в какое-то особое отношение к раздражаемому, и отношение это сводится к тому, что организм отражает на себе свойства раздражителя, не обнаруживая, однако, признаков знания этого факта раздражения и свойств раздражителя (88). Когда росло дерево, оно было организмом, и отдельные части были внутренне объединены одна с другой. Но когда срубили дерево и распилили его на бревна и доски, и когда из этих досок и палок сделали стол или шкаф, то отдельные части былого цельного организма подчинены теперь внешней для них цели (83).
5. Организм и его раздражения (82); сущность растительного организма, органической энергемы (87). Растительный организм есть уже более внутреннее и существенное слово, чем просто физическая вещь. Он значит нечто гораздо более внутреннее, более внутренне-воссоединенное, чем механизм физического процесса. В чем же сущность этой органической энергемы? (86); в органической энергеме слова, или органическо-энергематическом моменте, мы находим более существенное воссоединение дискретных меональных элементов и более глубокое воплощение смысла, или сущего, в «ином» (86); текучие факты раздражающегося организма и его функций (191); органическое семя (88); мы сталкиваемся в проблеме органической энергемы с чисто феноменологической задачей описания сущности того, что такое эта энергема, независимо от того, в каких фактах и как она воплощается и живет (87 – 88).
6. Представим себе любой растительный организм, не желая употреблять слово «организм» в том туманном и неопределенном смысле, как это делает наука, биология, то сводящая органические процессы на физико-химические, то видящая в организме какую-то особую жизненную силу и представляя самой науке решать вопрос о фактическом устройстве и жизни организма (87 – 88).
7. В мифе логос оперирует с интеллигенцией, с цельными, органически-жизненными данностями, глубже и за которыми уже нет больше ничего, что могло бы быть открыто человеческому сознанию (207).
1. Тайна слова в том и заключается, что оно – орудие общения с предметами и арена интимной и сознательной встречи с их внутренней жизнью (68). Я почти первый в русской философии не лингвистически и не феноменологически, но диалектически обосновал слово и имя как орудие живого социального общения (47). Только тут (т.е. на стадии мышления. –
2. Человеческое тело не просто физическая вещь, но – орудие выражения неисповедимых тайн вечности (178).
3. Одним из ближайших орудий для жизненной вариации значения этимона является морфематический элемент в слове (58).
1. Рассмотреть через ноэму идею – значит расчленить «иное», осуществление «иного», осмысление предметности и саму предметность (82).
2. Позволительно в энергии выделить момент специально сущности и взять одно чистое становление; и – тогда мы получим ту же энергию, но без выполненности ее, без осуществленности (158).
