2. а) Чем больше действует «иная» сущность, тем более она утверждает себя как «иную» и тем большую самостоятельность и свободу она проявляет. б) Чем больше действует «иная» сущность, тем более утверждает себя первоначальная сущность и тем большую проявляет самостоятельность и свободу, ибо нет вообще ничего, кроме нее. в) Сущность сама свободно полагает для себя свободную в себе «иную» сущность (165 – 166).
3. а) Действия и вся жизнь «иной» сущности зависят всецело от нее самой и ни от чего другого; она сама за себя ответственна. Если бы она зависела от чего-нибудь другого, то не была бы в отношении к нему «иным». б) Действия и вся жизнь «иной» сущности зависят всецело от первоначально определенной сущности; только последняя и ответственна за «иную» сущность. Если бы она не была ответственна и все действия исходили бы от нее, то она не была бы самостоятельно определившейся сущностью, и ей противостояло бы не бессущностное «иное», а иная, тоже самостоятельно само-определенная сущность. в) Сущность полагает ответственность за себя в том, что полагает «иную» сущность в качестве ответственной за себя же (т.е. за «иную» сущность) (165 – 166).
10. Сущность, предметная сущность вещи, предметная сущность слова. Предметная сущность вещи есть то целое и единичное, что мы увидели характерного в вещи и уразумели в ней (183); ноэма слова предметной сущности слова равна понятой, уразуменной и явленной (189); предметная сущность, или сознаваемый эйдос (183); в смысле имени, или в его предметной сущности, – разгадка, опора и оправдание и всех меональных судеб имени (108); чтобы пробиться к предмету слова, к предметной сущности, мы должны были пройти сквозь слой идеи, т.е. сквозь то место, где предметная сущность как такая воплощается в конкретное слово hic et nunc (73); только феноменолог и диалектик поймет, что момент выражения в слове, конструирующий смысловую изваянность фиксируемой здесь предметной сущности, не есть нечто субъективное и психологическое, но есть сам предмет, и только он составляет с ним один и единственный факт, хотя указывает на новую смысловую сторону в этом факте (182). Предметная сущность присутствует в слове не сама по своей сущности, но в некоем своем качестве. И это качество есть просто меональное его оформление и выражение (73). Предметная сущность является единственной скрепой и основой всех бесконечных судеб и вариаций в значении слова (71); предметная сущность одною стороною участвует в стихии слова непосредственно, другою стороною остается независимой от такого участия; однако поскольку эта вторая сторона продолжает все же оставаться необходимой для сформирования слова, – нужно сказать, что этой второю стороною предметная сущность тоже участвует в стихии слова, но участвует не непосредственно, косвенно (69); предметная сущность слова отлична от самой сущности, или вещи, и не растворима в ней; предметная сущность, или сознаваемый эйдос, не может быть только отлична от самой сущности. Предметная сущность слова – одно с сущностью и не одно с ней. Так оказываются необходимо связанными сущность вещи и лик ее, смысл ее или эйдос ее, предметная сущность ее, то, к чему привязано слово (183); предметная сущность слова «истина» (74). Так приводит анализ ноэмы, т.е. «так-то и так-то» определенного образа взаимоотношения предметной сущности и меона, к утверждению абсолютно-меонального принципа в слове, или меона в себе, меона самого по себе, в отличие от меона в модусе осмысления и осуществления, равно как и к абсолютной предметности в слове, или предметной сущности в себе, или просто сущности, в отличие от сущности «так-то и так-то» определенной, или сущности в модусе определенного осмысления, в модусе явленной, выраженной сущности, или просто явленной или выраженной сущности (80).
