· 2) тождественна вещи, ибо иначе она не была бы энергией сущности вещи и не имела бы к последней никакого отношения; следовательно,
· 3) энергия сущности вещи, вещи фиксируемой в слове, неотделима от самой сущности вещи и потому есть сама вещь, один факт с нею, но – отлична от самой сущности вещи, и, если энергия сущности есть сама сущность, то сущность не есть энергия сущности.
Второе:
· 1) энергия сущности вещи, данной в слове, отлична от произносимого, переживаемого и вообще тварного, меонального слова, составляя различный с нею факт (один факт – сущность со своими энергиями, и другой факт – тварный меон со своими энергиями), и потому имяначертание и имязвучие по факту – не сущность вещи и не энергия ее;
· 2) энергия сущности вещи, данной в слове, тождественна произносимому, переживаемому и вообще тварному слову, – в моменте энергийности, осмысленности (два разных факта – вещь и мое слово о ней – имеют один и тот же смысл, одну и ту же выраженность, энергию);
· 3) следовательно, энергия сущности вещи, фиксируемой в слове, представляет собою иной факт в отношении к слову как физико-физиолого-психологическому факту, тождественный, однако, с ним по энергии, имени и смыслу.
Как бы моя ноэма ни была далека от истинной энергии вещи, все-таки покамест эта ноэма именно этой вещи, я должен сказать, что я своими словами и наименованиями по факту различествую с именуемой вещью, но по смыслу, по имени, по энергии, смысловому образу, выражению я хоть в каком-нибудь одном мельчайшем пункте, но обязательно абсолютно тождествен именуемой вещи. В этом залог моего общения с нею. Энергия сущности, имя, тождественна сущности по факту и отлична от него по смыслу. Тварь, физико-физиолого-психологическая природа энергии сущности, имени, различна с именуемой сущностью и своим именем, с энергией сущности по факту и тождественна им по смыслу.
Я называю этот карандаш карандашом. Что это значит? Это значит:
· a) я и карандаш – два разных факта; я – не карандаш и карандаш – не я. По факту – это два разных факта.
· b) Но если бы это было только так, то я никогда не смог бы вступить ни в какое общение с этим карандашом; я не мог бы понять, что это – именно карандаш, и никаким образом не мог бы им пользоваться; он для меня просто не существовал бы.
