«Прошли те времена, — писал еще в 1928 г. известный английский археолог Чарльз Леонард Вулли (1880 — 1960), — когда начало всех начал искали в Греции, а Грецию считали возникшей сразу, вполне законченной, точно Афина из головы олимпийского Зевса. Мы знаем теперь, что этот замечательный цветок вобрал в себя соки мидийцев и хеттов, Финикии и Крита, Вавилона и Египта. Но корни идут еще дальше: за всеми ими стоит Шумер».14 Woolly L. The Sumerians. Oxford, 1928. P. 193. Возражение Л. Вулли прежде всего направлено против одного из высказываний Г.Д.С. Мейна, которое было использовано Теодором Гомперцем в качестве эпиграфа к первой части его работы «Греческие мыслители» (1895). Вот что было сказано Г.Д.С. Мейном: «Маленькому народу было дано создать принцип прогресса. Народ этот был эллины. За исключением слепых сил природы, все, что движется в этом мире, имеет свое начало в Греции» (Гомперц Т. Греческие мыслители. Минск, 1999. С. 6).
«Влияние Востока, — вторит британскому археологу-ориенталисту Л. Вулли российский антиковед Валерий Петрович Яйленко, — не ограничивается сферой искусства — это был всеобъемлющий процесс воздействия восточной цивилизации на складывающуюся культуру архаической Греции».15 Яйленко В.П. Архаическая Греция и Ближний Восток. М., 1990. С. 210.Роль Востока в формировании античного классового общества столь велика, что в настоящее время зарубежные историки говорят об ориентализационном периоде в истории древней Греции и даже об «ориентализационной революции».16 См.: Murray О. Early Greece. London, 1993: Bukert W. The Orientalizing Revolution: Near Eastern Influence on Greek Culture in the Early Archaic Age. Cambridge, Mass., 1992.
Но речь должна идти не просто об усвоении и переработке всех предшествующих достижений политарного общества в области материальной и духовной культуры, без чего появление античного общества было совершенно немыслимым. Нужно принять во внимание мощное экономическое воздействие ближневосточной мировой системы на социально-экономический строй возникающих в Греции новых классовых обществ. К этому времени сложилась система мировой (по тогдашним меркам) торговли, в которую были сразу же втянуты формирующиеся классовые социоисторические организмы Греции. Они сразу же в готовом виде получили и освоили экономические формы, которые были результатом длительного развития экономической жизни Востока.
В качестве примера можно привести монету. Хотя классовое общество на Ближнем Востоке возникло еще в конце IV тысячелетия до н.э., монета впервые появилась там лишь на рубеже VIII и VII вв. до н.э. Греки же начали использовать монету уже на заре своего второго классового общества. На о. Эгина чеканка монеты началась в VII в. до н.э. Все это не могло не сказаться на древнегреческой экономике.
Уже предклассовое общество, которое существовало в Греции в XII— IX вв., было качественно иным, чем то, которое предшествовало восточным классовым социоисторическим организмом. Шумерское, древнеегипетское, древнекитайское и прочие политарные общества возникли из протополитарных предклассовых обществ. Предклассовое общество, из которого возникло древнегреческое (это предклассовое общество нередко называют гомеровским), во всяком случае, протополитарным не было. Протополитарные отношения в нем полностью отсутствовали. Там существовало, по меньшей мере, три варианта доминарных отношений (приживальчество, наймитство и рабство), магнарно-рабовладельческие отношения и протонобиларные. И не исключено, что таким своим характером гомеровское общество было обязано влиянию соседних классовых обществ.
Как уже указывалось, предклассовое общество такого типа могло превратиться в классовое только под воздействием соседних более развитых (в данном случае -древнеполитарных) обществ. Результат классогенеза и политогенеза в данном случае определялся двумя факторами. Первый — характер исходного предклассового общества, второй — природа и сила внешнего влияния.
Конечным результатом была ультрасупериоризации, т.е. переход греческого предклассового общества к более высокой стадии всемирного развития, чем древнеполитарная формация, а именно к античной формации. Этот переход не был непосредственным. Связующим звеном между греческим предклассовым обществом и античной формацией была очень своеобразная параформация.
Переход от гомеровского общества к классовому был ознаменован довольно бурным ростом магнарно-кабальных и, возможно, магнарно-арендных отношений. Причина этого во многом заключалась в развитии товарно-денежных отношений, что было связано, прежде всего, со все большим втягиванием греков в систему тогдашней мировой торговли. При этом продолжали существовать наймитство и рабство, причем последнее уступало по значению первому. Общество архаической Греции (VIII—VI вв. до н.э.) не было рабовладельческим. Оно являлось доминомагнарным, относилось к доминомагнарной общественно-экономической параформации. В результате внутреннего развития этой параформация произошел выход греческого общества на историческую магистраль.
