С приходом к власти в США новой администрации во внешней политике страны окончательно возобладал подход, который получил название унилатералистского. Суть его заключается в том, что США должны следовать только собственным интересам, не считаясь ни с другими странами, ни с международными организациями. США вообще не должны заключать ни с кем никаких договоров и соглашений, ничем себя не ограничивать. Они должны обладать полной свободой рук. Как говорит директор российских и азиатских программ Центра оборонной информации (Вашингтон) Николай Злобин: «Американцы сегодня вообще отказываются от подписания каких бы то ни было договоров, которые связывали бы им руки. Международное сообщество, считают в Вашингтоне, не должно влиять на внешнюю политику США, поэтому от обязательств перед международными структурами нужно избавляться».424 Злобин Н. «Ось», конечно, зла // МН. 2002. № 10.США отказались ратифицировать Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ВЗЯИ), ведут дело к развалу Конвенции по химическому разоружению, отвергли предложенный ООН проект соглашения по контролю за выполнением международной конвенции о запрете биологического оружия 1972 г., отказались подписать экологический Киотский протокол. На очередной сессии Конференции по разоружению, проходившей в Женеве, Россия и Китай при поддержке большинства представили совместный проект, который предусматривает подписание нового международного договора о недопущении милитаризации космоса. Против выступили только США.425 См.: Базавлук С. Оружия в космосе нет. Пока // Труд. 05.07.2002.1 июля 2002 г. вступил в силу статут Международного уголовного суда. США сразу же по сути дела предъявили мировому сообществу ультиматум, в принципе отвергая любую международною подсудность своих военнослужащих, действующих за пределами страны, не говоря уже о их делах внутри страны.426 См.: Кондратов С. Сверхчеловеки сверхдержавы // ВМН. 06.07.2002.
Ультраимпериалистический центр представляет в значительном ряде отношений во многом единое целое. Периферия же раздроблена, расколота. Между странами периферии существует масса противоречий, нередко порождающих конфликты, иногда даже вооруженные. Такое положение использует центр. Он принимает все меры для формирования своеобразного промежуточного пояса, состоящего из тех периферийных государств, которые можно было бы использовать для борьбы против других внецентральных стран, лакейскую, или холопскую периферию. В нее охотно готовы войти страны Центральной Европы и ряд государств СНГ.
Если исключить холопскую периферию, то результатом обрисованных выше замыслов и действий ультраимпериалистического центра является нарастание сопротивления периферийных стран.
Глобальная классовая борьба имеет две неразрывно связанные стороны. Одна сторона, о которой в основном и шла речь, эта борьба против ортокапиталистического центра. Но этот центр имеет союзников в периферийных странах в лице местной олигархической верхушки и нередко выполняющей волю этой верхушки верховной государственной власти. Поэтому борьба против зависимости от центра неизбежно становится и борьбой против его союзников и прислужников внутри зависимых стран. Борьба против зависимости от центра и ортокапитализма не может не быть борьбой против паракапитализма и паракапиталистов.
Глобальная классовая борьба, как и любая политическая борьба, требует выработки определенной идеологии, определенного набора программных установок и их идейного обоснования. Но силы, борющиеся против зависимости от центра, не представляют собой единого целого. Участники этой борьбы нередко враждуют друг с другом. Не существует никакой единой идеологии. В качестве идейного знамени антиортокапиталистической борьбы выступали в свое время марксизм с его социалистическими лозунгами (Россия, Китай, Вьетнам), различные виды немарксистского социализма (Индия во время правления Индийского национального конгресса, Бирма, Танзания), исламский фундаментализм (Иран), светский милитаризм (Ирак) и т.п.
В настоящее время антиортокапиталистические идеологические течения всего периферийного мира все в большей и большей степени приобретают антиевропейскую, антизападную, прежде всего антиамериканскую окраску. Борьба против ультраимпериализма все в большей степени начинает вестись под лозунгами защиты традиционных культурных ценностей.
