«Сущность проявления зла заключена в оценке происходящего и его последствий как проявление зла. Иными словами, зло порождается интерпретацией происходящего. Именно поэтому было бы справедливее назвать творящим зло не злодея, а того, кто воспринимает последствия совершенного им преступления как проявление зла. Не исключено, что «не судите, да не судимы будете» указывает именно на этот источник зла. Ведь человек в состоянии удержаться от оценки происходящего. .Осуждение распространяется и на того, кто его высказывает, кто случайно в совпадении видит проявления зла и обвиняет в этом другого. .Морализирующее осуждение направлено не против сущности поступка, совершенного преступником, но против преступника как человека во всей его полноте» (Сибе Шаап).
Многолетнее пребывание в тюрьме приводит к тому, что человек начинает бояться любых изменений в своей жизни. Каждый день одно и то же на протяжении многих лет - отупляет. Страх перемен, привитый зоной, лишает шансов на успех покинувшего ее стены. У Довлатова есть слова: «По Солженицыну лагерь - это ад. Я же думаю, что ад - это мы сами». Я знаю, что преодолеть внешний ад под силу преодолевшему ад внутренний, имя которому - страх. И тогда можно повторить за Вольтером его великую по смыслу мысль: «Рай там, где я».
Справедливость Абсолютного Преступника «не имеет ничего общего с выветрившейся в корректность справедливостью людей порядка». Он не позволяет никому наводить порядки в его голове и, тем более, сердце. Он запрещает кому-либо указывать ему меру, ибо он сам мера всего. Ничто внешнее не может быть ориентиром тому, кто погрузился в свою глубину.
Отвращение к законам и общественным институтам испытывал самый известный Преступник - Иисус. Общество всегда извлекает пользу из несправедливости, принесенной одному человеку, и называет эту несправедливость «общим благом». Почему тогда несправедливость, совершенная одним человеком, не признается таким благом? Нужно быть не просто нарушителем закона, а великим злодеем, как Наполеон, Сталин, Гитлер, чтобы заставить проповедников общего блага с собой считаться, чтобы стать вождем общества, так любящего справедливость. Злодей - это преступник плюс политик. Подлинный Преступник - враг политике, поэтому он не злодей. Он, как никто, понимает смысл слов: «Закон (юридический) -это кристаллизация общественных предрассудков».
Большинство людей живут на расстоянии с самим собой, лишь так они могут переносить себя. Название этого расстояния - страх. Так и проживают жизнь и умирают, оставаясь себе чужими. Живется таким намного легче, чем познающему себя. Но эта легкость превращает в ничтожество. Страх окунуться в свою глубину и добросовестно ее исследовать делает человека поверхностным. Эту трусливую поверхностность нарекли добропорядочностью. У самопознания есть противопоказание, название которому слабость духа. Самопознание изживанием своей глубины - это занятие Абсолютного Преступника. «Тот, кто познал себя, познал своего Господа» (Магомет).
Преступник знает, что играть по своим правилам всегда вернее и жить по своим законам всегда честнее. «Многие кажутся хорошими лишь потому, что боятся казаться плохими». Понятие «хороший» уже так затаскали, что в пору хотеть быть плохим. Абсолютный Преступник - это «тот, кто чувствует себя обесчещенным при одной лишь мысли, что он является орудием в руках какого-либо правителя или какой-либо партии и секты, или даже денежной власти...» Мне противно неестественное облагораживание своей жизни путем самообмана и осуждения других. Грош цена «порядочности», купленной неискренностью с самим собой. Люди Системы есть производители лжи. Титулы, чины, звания - все это есть жалкая попытка победить страх перед подлинной жизнью бегством от свободы, бегством от самого себя. Система - это убежище таких беглецов. Правозащитники озвучили статистику: каждые 40 секунд правоохранительные органы совершают насилие по отношению к гражданам. Подлинная задача силовых структур, прокуратуры и суда - держать людей в страхе перед властью. Это называется «учить граждан быть законопослушными». Псам Системы позволено все, ибо они верно служат хозяину.
* * *
