3) У генотипа есть — помимо структуры в понимании теории информации — также семантическая структура. Ее обнаружение в плоскости физики возможно в тех случаях, когда достаточно широкое «раскрытие» апертуры синхронии физического исследования охватывает обстоятельства, в которых под влиянием физических ограничений устанавливались взаимные соответствия между состояниями объекта и состояниями среды. В модели с игральными костями этого можно добиться, однако применительно к литературным произведениям — невозможно, иначе чем с помощью тотальной физикализации всей человеческой истории, а пожалуй, и биологической эволюции. Но такую программу надо признать неосуществимой. Поэтому синхрония физики никогда не «вберет в себя», не охватит диахронии литературных произведений как языковых артикуляций.
4) Невозможно восприятие сообщения, не нарушенное случайными факторами. Повторные восприятия создают класс фенотипов, которые при постоянной стратегии и устойчивых параметрах среды стабилизируются в рамках уже неустранимой осцилляции. Изменения стратегии, равно как и изменения параметров среды ведут к изменениям объема класса фенотипов. В модели с игральными костями изменениям параметров среды представлены изменениями напряженности магнитного поля или соответственно интенсивности гравитационного поля.
5) Неопределенность структуры генотипа, как собственной, иначе говоря селективной, так и отображающей, иначе — семантической, ведет к появлению кодов «размазанных», «декодируемых с высокой степенью субъективности». В таких случаях получатель информации может либо принять к сведению сниженную ценность сообщения, либо попытаться его «уточнить», применяя различные стратегии. В модели таковы стратегии, основанные на увеличении напряженности поля. Но эти попытки «уточнения» означают неосознанное навязывание сообщению таких структур, которые с его помощью никто не намеревался передать.
6) Сообщение, не приносящее с собой буквально никакой информации, следовательно, не просто неточное, но вообще ничего не значащее и не обладающее никакой селективной структурой, может тем не менее быть признано за «значащее» и «структурированное», если придать ему соответственную организацию путем должным образом подобранной стратегии восприятия. Однако возникает эта организация исключительно на воспринимающей «стороне», которая при этом подвергается своего рода галлюцинации, только информационной, а не психологической.
7) Наша модель ближе к естественному языку, чем к языку наследственности. Семантика наследственности отличается от типично лингвистической тем, что первая возникает из каузальных процессов и остается каузальной. Вторая же хотя и возникает тоже в каузальных процессах, но затем становится независимой от них. Все это потому, что в организме отношение между генотипом и фенотипом является причинно-следственным — как в биоэволюционном плане, то есть в диахронии, так и в плане эмбриогенетическом, то есть в повторяющихся синхронических срезах эмбриогенеза. Напротив, язык в своей синхронии оказывается как бы «параллельным» предметно-феноменальному миру, потому что отображает его денотативно, но никогда и нигде «сам» не включается в порядок реальных явлений. Такое его «столкновение» с действительностью, сопровождаемое прямым проникновением в нее, невозможно. Но есть люди, которые убеждены, что оно возможно. Отсюда возникают различные разновидности веры в магию как в способность языка вызывать физические изменения (вера в «силу заклинаний»). На языке наследственности «значить» что-нибудь — то же самое, что «определять» или «устанавливать» некие предметные черты. То в языке, что не может ничего произвести и не может повлиять ни на что из уже произведенного, ничего в этом языке не «значит», потому что ничто не «определяет». Семантика же этого языка направлена из прошлого (от более ранних состояний) в будущее (к позднейшим стадиям) и благодаря этой явно векторной ориентации совпадает с направлением течения физического времени. Ибо «значения» генов — это позднейшие состояния процесса трансформации их исходных состояний.
8) Чтобы модель, основанную на параллели с игральными костями, сделать отображением генетической артикуляции, следует, например, изготовить трехцветные кости из склеенных полосок железа, графита и урана 235. Стратегия восприятия будет «правильной» (то есть ее можно считать «адекватной») тогда, когда воспринимающее магнитное поле ориентирует падающие кости урановыми сторонами друг к другу. Превысив критическую массу, они вызовут взрыв. Причиной его послужит цепная реакция ядерного распада. Если восприятие будет «неадекватным» и кости по крайней мере не все сориентируются, как сказано, критическая масса не будет превышена, а тем самым результат «ничего не будет означать». В данной модели «значение» — то же самое, что «причинение» определенного чисто физического состояния, а именно: взрыва (наподобие того, как в эмбриогенезе такое причиненное состояние — фенотип организма. Ведь это он придает «значения» генотипу).
