На поиски бессмертия Гильгамеша подвигла кончина любимого друга — Энкиду. "Я, — говорит Гильгамеш, — проливал слезы подле его трупа, надеясь, что Энкиду встанет. Но на седьмой день в его нос проникли черви, и я понял, что он уже не вернется, и похоронил его. С тех пор я не знаю покоя. Тело моего друга рассыпалось в прах и смешалось с землей. Я знаю, что и мне суждена такая же участь. Мое тело также превратится в прах и глину. Я страшусь смерти…"
И Гильгамеш отправился на поиски своего предка Утнапииггима, которому вместе с его супругой, единственным среди людей, боги даровали вечную жизнь. Он надеялся выведать у бессмертного предка секреты обретения бессмертия. После долгих странствий и приключений Гильгамешу наконец удалось отыскать Утнапииггима.
— О, Утнапиштим! — воскликнул он. — Если ты стал бессмертным, то, может быть, и мне даруют боги вечную жизнь? Чем могу я заслужить их милость?
— Не обольщайся, — ответил Утнапиштим. — Не станут боги ради тебя собираться на совет. Много людей угождали богам, но, кроме меня и моей жены, никто не был награжден вечной жизнью.
И все же он предоставил Гильгамешу один шанс достичь бессмертия: "Впрочем, можно испытать твои силы. Если ты сумеешь побороть сон, быть может, тебе удастся победить смерть. Попробуй не спать шесть дней и семь ночей!" Но что значит бессмертие без вечной молодости! И тогда Утнапиштим посоветовал Гильгамешу опуститься на дно моря и сорвать растущий там колючий терн, что таит в себе сок, освежающий силы и омолаживающий тело. Гильгамешу удалось достать этот талисман. Тщательно берег он волшебный куст, хранящий в себе тайну молодости. Он решил привезти его в Урук и дать отведать его сока самому ветхому старику. Если тот помолодеет, то и он сам вкусит от чудесного растения и вернет себе юные силы.
"Переплыв великое море и выйдя на берег, увидел Гильгамеш бассейн, сложенный из белого камня и наполненный свежей водой. Захотелось ему окунуться в воду и смыть с утомленного тела пот и пыль. Но пока погружался он в бассейн, выполз из норы хитрый змей и в одно мгновение похитил волшебный куст, скрывшись вместе с ним в недрах земли. Горько заплакал Гильгамеш. Понял он тщетность своих усилий. Понял, что не отвратить ему надвигающуюся старость и не отдалить час смерти, предопределенный ему богами. С горечью в сердце вернулся он в свой город Урук и покорно стал ожидать страшного и неизбежного конца".
Змей, похитивший у Гильгамеша с трудом добытое бессмертие, еще не раз появляется в мифах разных народов. Это прообраз того библейского змея-искусителя, который, соблазнив Адама и Еву отведать плодов дерева познания добра и зла, также лишил их бессмертия.
Интересно отметить, что уже в шумерскую эпоху достижение бессмертия связывалось с обретением вечной молодости. Продолжали мечтать об этом и в эпоху античности. В доказательство этого можно сослаться на весьма характерный миф о богине утренней зари Эос и ее возлюбленном Тифоне.
Розовоперстная Эос, богиня рассвета, влюбилась в прекрасного сына троянского царя Тифона. Чтобы никогда не расставаться с любимым, она умолила олимпийских богов даровать ему бессмертие. Коварные боги дали Тифону бессмертие, но… не даровали вечной молодости. Тифон жил долго. Голова его становилась белой, тело таяло и ссыхалось, все реже звучал его смех. Молодость исчезла в кронах стройных кипарисов, и любовь розовой Эос остыла. Однажды заперла румяная Эос своими розовыми пальчиками спальню и Тифона в ней. Нашла себе другое ложе. А Тифон, высохший и сморщенный, превратился в сверчка и стрекочет там и сейчас…
Мудрый миф о Тифоне станет во многом лейтмотивом наших размышлений о поисках бессмертия. "У нас все время толкуют о продлении жизни, — писал известный русский ученый Л.Н.Гумилев, — а по существу, они занимаются продлением старости. А это не такое большое удовольствие. Пожалуй, лучше так, как есть: пусть поколения меняются и жизнь обновляется…"
Поэтому в мифах большинства народов бессмертие всегда было связано с вечной молодостью.
