СУФЛЕР (глядя в зал):…Ну вот… Кажется, все ушли из театра. Двери заперли. Тишина… Можно бедному суфлёру вылезти из своей будки и отправиться на свой любимый диванчик в последней гримёрной… Кто ночует в театре? Только крысы и я. Крысам – сам Бог велел здесь жить, а мне – судьба!.. В сущности, я – такая же старая театральная крыса, как и все прочие. Впрочем – каждому своё: крысам – сцена, а мне – диванчик в гримуборной. Им – наступила пора трудов праведных, а мне – отдыха от них… Всё-таки, я – человек… как-никак… И, к тому же, я наработался сегодня… засну – без задних ног…
Идет вглубь сцены и оглядывается.
Спокойной ночи, крысы! Адью!..
Посылает им воздушный поцелуй и уходит в дальнюю дверь.
Вдруг раздается отчетливый гитарный аккорд.
Неведомый луч света пробегает по сцене. Видно, как из щелей люка начинает обильно пробиваться клубящийся дым. Крышка люка подымается. Появляется Мефистофель в плаще и с гитарой. Выходит на сцену и, оглядевшись, взбирается вверх по декорациям. Расположившись где-то над сценой, он поет песню, аккомпанируя себе на гитаре.
<p>Песня Мефистофеля</p>Когда уснут кулисы,А рампу скроет дым,На сцену выйдут крысыВсем племенем своим…Средь хлама декораций,Средь всякого тряпьяХлопочут, копошатсяЗубастые друзья!..Не только пишу ищутИ реквизит грызут…В сценическом жилищеУ них актёрский зуд!Вот крыса молодаяНашла себе пероИ, в танце припадая,Так крУжится хитрО…Не более аршинаКрысЕц нашёл венец, —И вот король мышиныйНа троне наконец!Он скалит зубы властно,Он подданным грозит…Но вот соперник страстноВластителю дерзит.Тут – два уже в комплоте…Но – сломлен бунт!Они – Увы! – на эшафотеСвои кончают дни…Так каждой ночью – тише,Чем бенефис земной, —Играют драму мышиИ крысы предо мной!..Внезапно распахивается ближайшая дверь артистических комнат, и в ней появляется Светловидов в костюме Фауста и в подпитии.
СВЕТЛОВИДОВ (Мефистофелю):
Как ты зовёшься?МЕФИСТОФЕЛЬ (спустившись с декораций):
Мелочный вопросДля Фауста, что безразличен к слову,Но к делу лишь относится всерьёзИ смотрит в корень, в суть вещей,в основу…СВЕТЛОВИДОВ:
Однако же, особый атрибутУ вас обычно явствует из кличек:«Мышиный царь», «Лукавый», «Враг»,«Обидчик»…Смотря, как каждого из вас зовут.Ты – кто?МЕФИСТОФЕЛЬ:
Часть Силы той, что по умуТворит добро, желая зла всему.СВЕТЛОВИДОВ:
Нельзя ль попроще это передать?МЕФИСТОФЕЛЬ:
Я – дух, всегда привыкший отрицать.И – с основаньем: ничего не надо!Нет в мире вещи, стоящей пощады.Творенье – не годится никуда.Итак… Я – то, что ваша мысль связалаС понятьем разрушенья, зла, вреда…Вот прирождённое моё начало,Моя среда…СВЕТЛОВИДОВ (смерив его взглядом):
Ты говоришь, ты – часть, но сам ты весьСтоишь передо мною здесь!МЕФИСТОФЕЛЬ:
Я верен скромной правде. Только спесьЛюдская ваша с самомненьем смелымСебя считает вместо части – целым.Об этом можно будет боле зрелоСхватиться в следующий раз.Теперь позволь мне удалиться.СВЕТЛОВИДОВ:
Прощай, располагай собой!..Знакомый с тем, что ты за птица,Прошу покорно в час любой.Ступай. В твоём распоряженьиОкно, и дверь, и дымоход…МЕФИСТОФЕЛЬ:
