Марк Крысобой, охранник
Секретарь Пилата
Каифа, первосвященник иудейский
Помощник Каифы
Старуха-ведунья
Гай, лавочник
Храмовый страж
Христианский активист
Легионеры
Вольтер, философ
Три собеседника Вольтера
<p>Первый пролог</p>…Отче Мой! Если возможно, да минует меня чаша сия…
ЕВАНГЕЛИЕ ОТ МАТФЕЯЛЕВИЙ МАТВЕЙ
– Мерцаньем звёзд далёких безразличноБыл поворот дороги озарён.Дорога шла вокруг горы МаслИчной,Внизу под нею протекал КедрОн.Лужайка обрывалась с половины.За нею начинался Млечный Путь.Седые серебристые маслиныПытались вдаль по воздуху шагнуть.В конце был чей-то сад, надел земельный.Учеников оставив за стеной,Он им сказал: «Душа скорбит смертельно,Побудьте здесь и бодрствуйте со мной».Он отказался без противоборства,Как от вещей, полученных взаймы,От всемогущества и чудотворстваИ был теперь, как смертные, как мы…Ночная даль теперь казалась краемУничтоженья и небытия.Простор вселенной был необитаем,И только сад был местом для житья.И, глядя в эти чёрные провалы,Пустые, без начала и конца,Чтоб эта чаша смерти миновала,В поту кровавом он молил Отца.Смягчив молитвой смертную истому,Он вышел за ограду. На землеУченики, осиленные дрёмой,Валялись в придорожном ковыле.Он разбудил их: «Вас Господь сподобилЖить в дни мои, вы ж разлеглись,как пласт…Час Сына Человеческого пробил.Он в руки грешников себя предаст».И лишь сказал, неведомо откудаТолпа рабов и скопище бродяг,Огни, мечи и – впереди – ИудаС предательским лобзаньем на устах.Пётр дал мечом отпор головорезамИ ухо одному из них отсек.Но слышит: «Спор нельзя решатьжелезом,Вложи свой меч на место, человек!..Неужто тьмы крылатых легионовОтец не снарядил бы мне сюда?И, волоскА тогда на мне не тронув,Враги рассеялись бы без следА.Но – книга жизни подошла к странице,Которая дороже всех святынь.Сейчас должно написанное сбыться.Пускай же сбудется оно. Аминь!Ты видишь, ход веков подобен притчеИ может загореться на ходу…Во имя страшного её величьяЯ в добровольных муках в гроб сойду.Я – в гроб сойду и в третий день восстану!И, как сплавляют по реке плотЫ,Ко мне на суд, как баржи каравана,Столетья поплывут из темноты…».Музыкальная увертюра.
<p>Второй пролог</p>Перед занавесом появляется Вольтер (в костюме и парике 18 века)
ВОЛЬТЕР(к публике): Здравствуйте! Меня зовут Мари Франсуа Аруэ де Вольтер! Там слышно?.. Повторяю: меня зовут Мари Франсуа Аруэ де Вольтер… Говорит ли вам что-нибудь это имя?.. Впрочем, в данном конкретном случае это не так уж и важно… Кто читал, тот – читал, а кто не читал – к тому бесполезно обращать этот вопрос. Не правда ли? Поэтому – приступим к делу. А именно – к нашей сегодняшней трагедии… Прошу всех в гостиную!..
Машет рукой, занавес открывается. Гостиная, посредине – круглый стол под скатертью и четыре «вольтеровских» кресла. Трое собеседников в таких же костюмах, как и Вольтер, приветствуют его.
