Философские обрывы полностью

Самые сущностные онтологические желания и потребности человеческого существа раз и навсегда удовлетворены в личности Богочеловека Христа. Ибо на все желания и потребности духа человеческого, которые касаются мира над человеком, Богочеловек отвечает Богом по-человечески, а на все желания и потребности духа человеческого, которые касаются мира вокруг человека и под человеком, он отвечает человеком по-Божески. Богочеловек освобождает потенции богочеловечества в человеческом существе, связанные тиранией богоборческого гуманизма, и дает им силу осуществиться в своей бессмертной полноте. Человек, ведомый Богочеловеком, все свое поверяет Богом, и так достигает идеального совершенства, и представляет собой идеальнейший синтез Божиего и человеческого, духовного и вещественного, посюстороннего и потустороннего.

Появление Богочеловека Христа в мире человеческих реальностей ни с онтологической, ни с психологической, ни с исторической точки зрения не является неожиданностью для человеческой природы. Напротив, оно удовлетворяет основные стремления и потребности человеческого существа: стремление и потребность божественного совершенства и вечной жизни. Богочеловек не только не есть нечто неестественное и ненужное для человека, но, напротив, он нужнее всего остального, настолько нужнее, что сам всеистинный Бог и Господь Иисус заявил, что Он есть единое на потребу (Лк. 10:42). Почему? Потому, что Он самым совершенным, и естественным, и целесообразным, и логичным образом решил проблему Бога и человека. Как? Явив нам реально, по-земному реально в Себе Бога, Который есть абсолютная Любовь, абсолютная Мудрость, в совершенном единстве с человеком, а тем самым и через это явив нам и человека в его безгрешности, бессмертности и совершенстве. Богочеловек одинаково реально явил и Бога в Его совершенстве, и человека в его совершенстве. Если беспристрастно рассмотреть историю рода человеческого, то придется признать: нет в роде человеческом человека лучшего, чем Иисус, а это означает: нет и лучшего Бога, ибо Иисус только как Богочеловек был и есть самый лучший человек, т. е. человек без греха, без порока. Только как таковой, как Единственный Безгрешный Господь Христос Он мог бесстрашно спрашивать самых упорных своих противников: Кто из вас обличит Меня во грехе? (Ин. 8:46). – И ни один из них не мог указать в нем ни одного греха. А человек без греха есть одновременно и самый идеальный, и самый реальный человек, ибо только как таковой он воистину совершенен, бессмертен и вечен.

Воплощением Бога Слова вошла в естество человеческое всесовершенная Божественная Мудрость, всесовершенная Божественная Логика, всесовершенный Божественный Ум. Слово стало плотию (Ин. 1:14) означает следующее: все трансцендентные Божественные ценности стали имманентны человеческой природе, ибо они конгениальны сущности богоподобной человеческой души. Все эти вечные Божественные ценности, воплощенные в человеке, сплавляются в конце концов в одну неизмеримую и непревзойденную ценность – Богочеловека Христа. Поэтому Богочеловек есть первая, и наивысшая, и самая основная, и верховная ценность в человеческом мире. Ибо нет ничего человечнее Господа Христа, олицетворившего в Себе самое идеальное совершенство всего истинно людского, истинно человеческого. И не только это; Он, как Богочеловек, есть совершеннейший синтез Божиего и человеческого, посюстороннего и потустороннего, естественного и сверхъестественного, физического и метафизического, реального и идеального. В Нем, как Богочеловеке, идеальнейшим образом осуществлено и сохранено равновесие между Божиим и человеческим и вместе с тем сохранена как автономия человеческого, людского, так и автономия Божиего, божественного.

В Богочеловеческой личности Господа Иисуса достигнут самый радикальный, самый логичный и самый полный монизм[33] жизни посюсторонней и потусторонней, а через это: монизм сознания посюстороннего и потустороннего, монизм чувства человеческого и божественного. А это означает, что и жизнь, и мысль человеческие, и чувство человеческое преодолели ту пропасть, которая зияла между человеком и Богом, между этим и иным миром. Поэтому Христов человек живо ощущает общность этого мира с миром иным, Бога с человеком, посюстороннего с потусторонним, естественного со сверхъестественным. Он сильно чувствует и ясно сознает, как в нем совершен переход из смертного в бессмертное, из временного в вечное. Это ощущение вечной жизни обеспечивает Христову человеку и вечность мысли, и бессмертие чувства.