Философский словарь полностью

Злоупотребление добрыми чувствами в ущерб ясности мышления. Точнее говоря, я называю сверхдуховностью особый вид нелепости, проистекающий, как и всякая нелепость, от смешения порядков. В предложенной мной четырехсоставной схеме (Разделение порядков) это будет попытка включения чего-либо в высший порядок с намерением отбросить отягчающее влияние одного или нескольких нижних порядков. Сверхдуховность пытается уничтожить низкое во имя высокого. Но достижение этой цели требует либо полного ослепления, либо применения насилия. В качестве примеров можно привести диктатуру добродетели Сен-Жюста, «культурную революцию» в Китае или более современное явление исламского фундаментализма. Сверхдуховность может принимать чрезвычайно разнообразные формы – от самой благородной утопии до самого кровавого террора. Впрочем, надо отметить, что она с легкостью совершает переход от одного к другому, прикрываясь при этом идеалами, высшими ценностями или трансцендентным Добром. Паскаль мог бы назвать это явление тиранией высших порядков. Например, такова попытка игнорировать законы логики и конкретные требования экономики во имя политики или права (политическая или юридическая сверхдуховность; на практике сводится к волюнтаризму или юридическому формализму). Другой пример: попытка игнорировать легитимность и конкретные требования политического или правового характера во имя морали (моральная сверхдуховность; так называемая политкорректность чаще всего, во всяком случае во Франции, сводится к морализаторству). Еще пример: попытка игнорировать требования морали, а то и всех трех низших порядков во имя любви (этическая сверхдуховность как идеология течения «Peace and love»). Наконец, речь может идти о попытке верующих игнорировать требования каждого из порядков во имя божественного, или сверхъестественного, порядка (религиозная сверхдуховность, или фундаментализм). Все эти явления находят довольно простое объяснение, если отталкиваться от низших, а вовсе не от высших порядков (Примат/Первенство). Но это не отменяет необходимости бороться с ними. «Тот, кто пытается подражать ангелу, становится зверем», – говорил Паскаль. А Рильке добавил: «Всякий ангел внушает ужас». Так что лучше оставаться на земле.

Превосходящий человеческое измерение. Ницше видел в сверхчеловеке цель и смысл («соль земли»). По его мнению, человек существует только потому, что должен быть вытеснен существом высшего порядка, так что сверхчеловек по отношению к человеку является тем же, чем сам человек является по отношению к обезьяне («Так говорил Заратустра», Предисловие Заратустры). Монтень, опровергая стоиков и демонстрируя значительно большее здравомыслие, видел в сверхчеловеке одну только глупость: «Какая мерзость человек, утверждал Сенека, если он сумеет подняться над человечеством! Сказано неплохо, да и желание полезное, но нелепы как первое, так и второе. Захватить больше, чем может вместить ладонь, охватить больше, чем могут объять руки, шагнуть дальше, чем хватит ширины шага, – это и невозможно, и чудовищно. Так же, как попытка человека подняться над собой и человечеством» (II, 12). Вполне достаточно просто быть человеком в полном смысле этого слова.

Превосходящее возможности природы. Сверхъестественными могут быть только магия, суеверие и религия. Поэтому для материалиста сверхъестественного не существует.

Один из трех компонентов структуры личности (наряду с «Я» и «Оно») во второй топике Фрейда, компонент нравственности, идеалов, закона. Формируется в результате интериоризации родительских запретов и ценностей, воспринимаемых как сверхценности. Родители запрещали нам что-то – став взрослыми, мы сами себе запрещаем то же самое; они принуждали нас делать что-то – мы сами себя принуждаем делать то же самое; они любили что-то – мы считаем это достойным любви. Вы скажете, что это далеко не всегда так. Бесспорно, поскольку подобная интериоризация никогда не бывает полной. Вот почему наша мораль никогда не повторяет с точностью мораль наших родителей. Тем не менее каждое поколение воспитывает следующее поколение, так что мораль и нравственные нормы всегда исходят из прошлого. Морали будущего не существует, мораль может существовать только в настоящем, и она всегда и верна прошлому, и критична по отношению к нему. Было бы заблуждением превращать ее в абсолют или проникаться к ней безграничной верой. Но не меньшим заблуждением было бы и вовсе отмахнуться от нее. Запрещать не запрещено, мало того – запрещено ничего себе не запрещать.

Сверх-Я представляет собой прошлое общества, поясняет Фрейд, так же как «Оно» представляет собой прошлое вида. Это не повод, чтобы налепить и на то и на другое ярлык реакционности. Без «Оно» не может быть будущего. Без сверх-Я – прогресса.