— Да. Но меня арестовали не из-за золота. Из-за разбитого сердца одной дамы. Если я правильно понимаю ваши обычаи, то меня могут оклеветать, опозорить, вызвать на поединок, но уж точно не станут подавать в розыск через глашатаев на площадях. Поэтому я бы сразу на рассвете забрал свои вещи и деньги в аббатстве Санта-Мария-ди-Карпиче. Мой конь остался в конюшне во дворце епископа. Я, пожалуй, рискну туда зайти сразу с утра. Потом поскачу в аббатство. Там у меня все вещи. Доспехи, одежда и больше тысячи дукатов золотом.
— А дальше? — спросил Фуггер, — Рискнете вернуться в высшее общество?
— Нет. У вас есть такой инструмент, которым сгребают солому? Доска с шипами.
— Грабли?
— Да, грабли. Не знаю, как у папистов, а у православных не принято наступать на грабли больше одного раза.
— Меня на самом деле зовут Антон Фуггер, я служу императору Карлу и возглавляю тайную миссию, в которой участвуют все присутствующие.
— Подождите… Макс, ты же вез золото королю Франции?
— Я сыграл в чужую игру и проиграл, — сказал Максимилиан, глядя в стол.
— Ты отъехал от короля к императору?
— Что?
— У нас на Руси у бояр есть право отъехать от одного князя к другому. Боярин не холоп, а свободный человек. Если князь не по нутру, боярин может перейти на службу другому князю со всеми своими дворянами, с холопами и с землей. Я понятно по-вашему объясняю? Или у вас просто нет такого обычая?
— Есть, но описывается сильно другими словами, — сказал Максимилиан, — И в деталях, наверное, множество отличий. И менять сеньоров не то, чтобы принято. Но право такое есть.
— Я понял, — кивнул Устин, — Я, конечно, друг многим вассалам короля Франциска. И никому, кажется не враг. Но никаких вассальных обязательств я не давал. Статуса посла у меня тоже нет. Я просто гость и могу просто уехать, даже не прощаясь. Хотя более вежливо будет попрощаться? Я уверен, что не совершил ничего плохого ни перед людьми, ни перед Богом. Просто не хочу, чтобы меня судила молва по вашим обычаям, которые мне не ведомы.
— Уехать куда? — спросил Фуггер, — Москва, Новгород?
— Новгород морским путем, — неуверенно ответил Устин.
— Если поможете мне отсюда выбраться хотя бы в Милан или просто на земли императора, оплачу Вам дорогу и проводника до ганзейского города Штеттина. Ганзейские корабли ходят во все города Восточного моря, под флагом Ганзы доберетесь до вашего Новгорода в обход Польши. Я не рисковый человек и понимаю, что сильно недооценил противников.
— Хорошее предложение, — сказал Устин, — Но сначала я заберу свое имущество у викария и у аббата.
— Мне бы еще жену забрать, — сказал Макс.
— Откуда? — спросил Фуггер.
— Из Сакра-ди-Сан-Мигеле, — ответил Джино, — Это аббатство в горах. Дневной пеший переход от Турина по дороге на Шамбери.
— Марта тоже там, — добавил Кокки, — И моя семья. Мне бы тоже надо покинуть Турин побыстрее. В полдень глашатай объявит, что я в розыске.
— Мне сейчас все равно, в какую сторону убраться из Турина. Лишь бы не на виду и с верными людьми, — сказал Фуггер, — По дороге на Шамбери меня устроит. Я подумаю, стоит дальше ехать через Шамбери и Женеву, или отсидеться где-нибудь в тихом месте и вернуться через Турин, когда закончатся переговоры, и все мои недоброжелатели будут думать, что я давно сбежал.
С улицы послышались крики и выстрелы.
— Что там происходит? — недовольно спросил Фуггер, — Кто с кем воюет и почему мы не знаем? Куда смотрит этот Ночной Король? Вот ночь, вот значимые события. Где его посыльные с новостями?
— Посыльные сообщили, что после мистерии неизвестные разбойники подожгли дома, где остановились генуэзцы. Все, кроме Адорно, — сказал Джино, — Еще заходил мессир Фредерик фон Нидерклаузиц с женой и с алхимиком. Они отправились в Гадюшник выручать невесту этого алхимика.
— После этого Гадюшник чудесным образом загорелся, — сказал Кокки, — А сейчас уличные бои по всему городу.
— Не уверен, что это связано, — сказал Максимилиан, — Возможно, я спровоцировал конфликт между Медичи и генуэзцами. Или еще какие-нибудь старые конфликты обострились.
— Никто из благородных гостей города не живет в Гадюшнике и не будет его поджигать, — ответил Кокки, — Это Ваш Фредерик.
— А все остальное тоже он? — парировал Максимилиан, — Нет, он, конечно, не блещет осторожностью, но он не мастер интриги и не заставит одних посторонних людей убивать других.
— Кстати, если горит Гадюшник, то я бы больше не рассчитывал ни на Ночного Короля, ни на его посыльных, — сказал Джино.
— Надеюсь, Фредерик там не сгорел, — сказал Максимилиан.
— Если он с Карминой Ладри, то не должен бы, — ответил Кокки, — Она говорит на языке воров и умеет торговаться.
— Ладно, — подвел итог Фуггер, — Сейчас всем спать. Джино, помоги гостям. И сам не спи. На рассвете Дино тебя сменит. Вам, господа, надо будет забирать своих коней у викария сразу же на рассвете. Насколько я понимаю, ваш побег до утра не заметят, и еще какое-то время пройдет, пока викарию сообщат, что вы сбежали. Тем более, конюхи наверняка не знают даже об аресте. Вы, мессир Юстиниан, доберетесь без переводчика до аббатства?
