| It was not possible for him to do that. | Но из этой затеи ничего не вышло. |
| Steger followed, and did his best to render the favorable points made by Mr. Davison in Cowperwood's behalf perfectly clear to the jury by having him repeat them. | Стеджер брал слово вслед за ним и делал все от него зависевшее, чтобы благоприятные для Каупервуда показания мистера Дэвисона запечатлелись в умах присяжных; для этой цели он заставлял президента банка снова и снова повторять сказанное. |
| Shannon objected, of course, but it was of no use. | Шеннон, конечно, протестовал, но тщетно. |
| Steger managed to make his point. | Стеджеру удалось добиться своего. |
| He now decided to have Cowperwood take the stand, and at the mention of his name in this connection the whole courtroom bristled. | Наконец защитник предоставил слово Каупервуду; как только эта фамилия была произнесена, все насторожились. |
| Cowperwood came forward briskly and quickly. | Каупервуд бодрым, быстрым шагом вышел вперед. |
| He was so calm, so jaunty, so defiant of life, and yet so courteous to it. | Он был спокоен и уверен в себе; сейчас решалась вся его жизнь, которую он так высоко ценил. |
| These lawyers, this jury, this straw-and-water judge, these machinations of fate, did not basically disturb or humble or weaken him. | Ни юристы, ни присяжные, ни эта марионетка -судья, ни козни судьбы не потрясли его, не смирили, не подорвали его сил. |
| He saw through the mental equipment of the jury at once. | Сейчас он вдруг понял, что представляют собой эти присяжные. |
| He wanted to assist his counsel in disturbing and confusing Shannon, but his reason told him that only an indestructible fabric of fact or seeming would do it. | Он хотел помочь своему защитнику запутать Шеннона, смешать все его карты, но разум приказывал ему оперировать только неопровержимыми фактами или тем, что можно выдать за таковые. |
| He believed in the financial rightness of the thing he had done. He was entitled to do it. | Он был уверен, что как финансист он поступил правильно. |
| Life was war-particularly financial life; and strategy was its keynote, its duty, its necessity. | Жизнь - война, и в особенности жизнь финансиста; стратегия - ее закон, ее краеугольный камень, ее необходимость. |
| Why should he bother about petty, picayune minds which could not understand this? | Зачем же тревожиться из-за жалких душонок, неспособных это понять? |
| He went over his history for Steger and the jury, and put the sanest, most comfortable light on it that he could. | Чтобы помочь Стеджеру и воздействовать на присяжных, он рассказал всю свою историю, которую представил в наиболее разумном и благоприятном для него освещении. |
| He had not gone to Mr. Stener in the first place, he said-he had been called. | Во-первых, он не по своей инициативе пошел к мистеру Стинеру, а только откликнулся на его приглашение. |
| He had not urged Mr. Stener to anything. | Во-вторых, он ни к чему не принуждал мистера Стинера. |
