Что за черт? Я же знал – нет ни единого шанса, что Люси не сможет ее поймать. Она – профессионал. То, что я доверил ей поймать любовь всей моей жизни, свет очей моих, папину маленькую принцессу, по моему мнению, было самым большим комплиментом. Но Люси на это не купилась. Вообще-то, она даже не дала мне ничего объяснить, заявив вместо этого
А теперь она со мной не разговаривает. Похоже, день будет долгим.
Воет сирена, и я иду к следующей ячейке. Я беру метлу, а затем, по новому сигналу сирены, встаю на место ловца. Здешний кот – воющий рыжий монстр, и я с трудом удерживаю его в руках. Когда животное еще не измотано, швырять его – все равно, что играть в волейбол. Никто не хочет держать его в руках лишнюю секунду.
К тому времени, как напротив меня появляется Люси, я ловлю ритм, и даже время от времени позволяю себе послать крученый. Мне приходится кинуть его Люси. Она ловит, и вскоре животное уже летает туда-сюда между нами.
Все животные, попавшие в наши руки, проходят одни и те же стадии. Сперва злость, потом сопротивление, за ним смирение, отчаяние и, наконец, смерть. Этот, похоже, был сейчас на стадии сопротивления, уже не кидаясь в бой с бешеной яростью, а высматривая шанс достать врага. Я взял кота одной рукой под грудью, а второй под хвостом и кинул в сидячем положении. Чтобы не проиграть, она кинула его тоже сидя, но вверх тормашками. Может, наши дурачества сделали свое дело. Неважно. В общем, я замечаю, что животное переходит в стадию смирения.
Я швыряю кота кувырком, но у него вырывается лишь слабый вой, а следом летит тонкая ниточка слюны. Люси, вообще, будет со мной когда-нибудь снова разговаривать?
– Ладно, я прошу прощения, – говорю я, смиряясь с мыслью, что, возможно, так и не узнаю, за что.
Я вижу выступившие на ее глазах слезы, она колеблется, почти роняя кота. Я хочу пойти к ней. Я хочу утешить ее, но прежде, чем наши перерывы совпадут, пройдет какое-то время, а я внезапно понимаю, что тогда будет уже слишком поздно. Все это просто станет неважным.
Заходит мой сменщик, и берется за метлу. Воет сирена. Я отступаю.
Люси больше не плачет.
Я иду к двери.
Стивен Спрулл родился в 1946 году в Батл Крик, штат Мичиган. Он начал писать в 1976 году, представив на суд читателей четыре научно-фантастических романа и повесть. Среди его романов медицинские триллеры
Особо удаются Спруллу стремительные, напряженные триллеры. «Гуманное общество» доказывает, что этот талант блестяще проявился и в рассказах.
Доктора Паулу Паркс раздражало то, что она так и не научилась встречаться с ними без страха. Вот и сейчас он напомнил о себе, свернувшись змеей в желудке, пока она шла по короткому, узкому коридору к камере. Охранник уставился на нее сквозь закаленное, алмазной прочности стекло на шлеме. От скрежета
Паула подумала о Сьюзан. О тринадцатилетней девочке, вышедшей из дома, чтобы купить смесь для кекса в «Имбирных рядах». Они хотели порадовать маму, когда та вернется с работы. Девочке, сказавшей ей: «Нет, Паула, ты останешься дома и приготовишь формы для выпечки». Она не возражала, и не потому, что ей было всего девять, а потому, что готова была слушаться Сьюзан во всем. Рыжие локоны Сьюзан подпрыгивали, блестя на солнце, когда она поспешно шагала по тротуару. Всего четыре квартала до «Рядов», но с тех пор ее никто не видел. Кроме ее убийцы.
