Положив трубку, я подошел к дверям проверить, нет ли кого в коридоре. Никого. Я быстро прошел в Евину комнату. Она сидела на кровати, магнитофон стоял на столике. Ева сидела испуганная, белая.
– Ради бога! Ты на привидение похожа!
– Я возьму себя в руки.
– Уж постарайся! – грубо прикрикнул я. – Мне не выкрутиться, если возникнет хоть тень сомнений. Все, Ева, держится на твоем хладнокровии.
– Знаю, – кивнула она. – Не беспокойся. Я буду в порядке. Поверь.
Я закурил и принялся беспокойно расхаживать по комнате.
– Машину в лесу поставила?
– Сразу после ланча. В десяти ярдах от Драйв-Слоу. Помнишь, там кустарник такой густой?
– Хорошо. – Я выглянул из окна, по небу плыли быстрые облака. – Смотри, Ева, дождь собирается!
– И правда!
– Хоть бы не пошел! Дождь мне вовсе ни к чему!
– Но ты все равно справишься?
– Да хоть бы землетрясение!
– А следы, Чад?
– Дорога каменистая. Насчет этого не волнуйся. – Тут я вдруг вспомнил про Джо. Столько хлопот, что шофер вылетел у меня из головы. – Ева, а Джо-то! Забыли!
– Нет, – возразила Ева, не глядя на меня. – Я подсыпала ему в чай порошок.
– Молодец! А я уж подумал было – ты трусить начинаешь. – Я обнял ее. – Когда подействует?
– Не трогай меня, Чад, – оттолкнула она меня. – Мне не хочется. Не то настроение.
– Ладно, ладно, – нетерпеливо бросил я. – Когда подействует?
– Теперь уже вот-вот.
Я взглянул на часы. Почти шесть.
– Тащи магнитофон ко мне в кабинет. Пора начинать. Я в саду подожду. Еще каких-то три часа, Ева, и мы оба – свободны.
Она не смотрела на меня.
– Ну, пошел.
Мне хотелось обнять ее, но напряженное выражение ее лица остановило меня.
– Справишься, Ева?
– Ты что, не доверяешь мне, Чад?
– Ну что ты! Просто пока еще есть время отступить, но скоро будет поздно.
– Ты хочешь отступить?
Я вспомнил миллионы, которые станут моими. Вспомнил, что мы с Евой поженимся.
– Нет.
– Я тоже – нет.
– Пошел.
В начале седьмого Вестал подкатила к гаражу. Ей нравилось водить «роллс» самой, и она брала с собой Джо, только когда ездила за покупками. Мы вместе пошли на террасу. Тяжелые черные тучи крышей нависли над нами. Я не мог поверить, что через три часа убью ее. Это казалось невероятным. Вестал весело болтала, глядя на меня, светлая улыбка играла на изможденном некрасивом лице, и я видел в ее глазах любовь ко мне.
– Вид у тебя что-то усталый, милый. Надо нам поехать с тобой куда-нибудь отдохнуть.
– Со мной все в порядке, – коротко бросил я. – Не волнуйся. Пока что мне никуда не хочется ехать.
– После обсудим. Посидишь со мной, пока я переоденусь?
– Мне еще кое-что надо сделать. Позднее поднимусь. Бумаги надо для Блекстона приготовить, пусть посмотрит.
– Ты, Чад, чересчур много работаешь, – состроила она гримаску.
На верхней площадке Вестал обняла меня костлявыми руками за шею. У меня все внутри перевернулось, но я кое-как сдержался и ничем не выдал себя. Я прошел к себе в кабинет и закрыл дверь. Магнитофон Ева уже принесла: стоит на столе. Кресло – спинкой к двери. Настольная лампа у окна включена. Свет мягкий, неяркий. Подойдя к окну, я раздвинул шторы и выглянул. Дорожка, мощенная камнем. Даже если пойдет дождь, то предательских следов не останется. Вернувшись, я отпер ящик, проверил, на месте ли комбинезон и перчатки. В углу – узкая кишка набитого песком мешка. Я вытащил мешок, взвесил на ладони. Пока я раскачивал его, мне вдруг стало дурно, и я поскорее запихнул его обратно и запер ящик.
Все было готово. Оставалось только ждать девяти часов. Стоя и бессмысленно глядя на магнитофон, я вдруг услышал дробь дождя по стеклу.
В дверь постучали, вошел Харджис.
– Извините, сэр. Заболел Джо, а миссис Винтерс как будто нужна вечером машина.
– А что с ним такое?
– Жалуется, голова болит, сэр. Рвет его.
– Может, съел чего? Скажу миссис Винтерс, когда спустится.
– Да, сэр. – Он вышел и притворил дверь.
Я стоял неподвижно, вытирая потеющие ладони и вслушиваясь в лихорадочный ритм сердца.
Перед обедом я выпил три двойных виски. Пришлось. Меня знобило, нервы разгулялись вовсю, я боялся, как бы Вестал чего не заметила. Обед тянулся вечно, я заставлял себя есть силком. Когда мы наконец перешли в гостиную пить кофе, Вестал подошла к окну, раздернула шторы и выглянула в дождливую ночь.
– Вот досада! – сердито заметила она. – Сто лет не было дождя, а как я собралась ехать, полил ни с того ни с сего.
– Из дома оно всегда страшнее. – Я устроился перед камином, который зажег Харджис, чтобы прогреть гостиную. – Может, перестанет.
– Нет, льет как из ведра. Будет так поливать, я и не поеду никуда.
Хотя я знал, что она так скажет, сердце у меня опустилось. Харджис разливал кофе. Я понимал, как важно, чтобы позже он свидетельствовал, что я не настаивал на ее поездке.
– Конечно, зачем тебе? – небрежно бросил я. – К тому же сегодня интересная передача по телевизору. Позвони миссис Хеннесси да скажи, что не сможешь.
Вестал подошла к камину, взяла чашку кофе и села.
