Фирсов Русские флотоводцы полностью

Четыре десятилетия прожил Федор Апраксин с poiv сийским флотом, от колыбели Плещеева озера до эскадр и бастионов на Балтике. Столетие спустя после ухода Апраксина, бывалый моряк, боевой адмирал «лазаревской школы», Ефимий Путятин напомнил слова современника об этом адмирале: «Благодаря уди вительным природным способностям и огромной па мяти он достиг достаточного искусства в морском деле и поразительно поддерживает авторитет свой как генерал-адмирал на посту при своевольном прави теле». И можно прибавить слова самого Апраксина: «Совершал это по силе ума своего, радостным сердцем и с чистой совестью». Похоронили генерал-адмирала с великим почетом в храме Златоустовского монастыря, как он завещал: там, «где лежат косточки моих родителей». Минуло два века, и ураган 1917 года разметал храмы и монастыри, стер с лица земли и памятное место последнего прибежища Федора Апраксина. А неблагодарные потомки-москвичи до сих дней не чтят память своего знаменитого земляка. Первого, вместе с Великим Петром, подвижника и создателя морского могущества России, первого командующего флотом державы, генерал-адмирала Федора Апраксина.

Пора бы вспомнить и воздать ему должное!

Григорий Спиридов

ожалуй, никто из прославленных русских флотоводцев не начинал службу на флоте малолетком в десятилетнем возрасте.

Григорий Спиридов родился в 1713 году⁷ в эпоху зарождения русского флота, в Петровскую эпоху...

Весна 1725 года только начиналась. Мартовское солнце тускло отсвечивало от куполов церкви и собора Петропавловской крепости. Порывы ветра доноси-III с залива запахи подтаивающего льда. Трепетали приспущенные флаги кораблей, стоявших у достро-• иной стенки Санкт-Петербургского Адмиралтейства. Неслышно шелестели траурные ленты склоненных знамен гвардейских полков. В скорбном молчании замерли батальонные каре на крепостной площади.

В Петропавловском соборе отпевали императора 1le rpa I. Из распахнутых настежь дверей собора доносился громовой голос Феофана Прокоповича. Тяжело переживал утрату Феофан. Близкий товарищ и соратник Петра в делах просвещения, глава «ученой дружины», он был надежным помощником его в борьбе с церковной и боярской косностью.

— Что се есть?.. До чего мы дожили, о россияне! Что видим, что делаем? Петра Великого погребаем...

Слезы душили Феофана, громкий плач присутствующих прерывал проповедь.