"А вдруг я сейчас Зойку увижу? Как и тогда?" - подумалось ему вдруг.
- Выгоню отсюда, - зло сказал он вслух и нашел нужное заклинание. Не веря самому себе, что делает это, громко прочитал его. Торопливо досчитав до семи, Димка оглянулся.
В дверном проеме стояла заплаканная Ленка. Он даже не удивился тому, что она здесь. Он только смотрел на нее и счастливо улыбался. Но видение вдруг всхлипнуло и голосом Ленки сказало:
- Дим, у меня ребенок заболел. Я не знаю, что делать. Я не хочу его в больницу.
Ленка неожиданно зарыдала.
- Да-да, - опомнился Димка, - я посмотрю его, пойдем. Только инструменты захвачу, - и, быстро собравшись, спустился в Ленкину квартиру.
- Какой прелестный малыш, - пробормотал он, увидев младенца.
Димка был поражен. В детской кроватке лежал крошечный негритенок.
- Ой, ну что с ним? Он весь горит. Дим, а это опасно? С ним ничего не случится? Я так боюсь за него, - ревела рядом Ленка.
Но Димка уже осматривал малыша. Затем достал стетоскоп и стал его внимательно слушать.
- Ничего страшного. Это всего лишь бронхит. Не надо было его сильно кутать. Я назначу лечение и сам за ним прослежу. Не волнуйся, все будет хорошо. Есть у тебя термометр? Тогда надо ему измерить температуру, а я пока выпишу рецепты.
Уже уходя, у самой двери он погладил ее по плечу и ободряюще улыбнулся:
- Да не пугайся ты так. Я навещу вас завтра. А если что - звони мне.
- Дим, - нерешительно замялась Ленка, - а... ты никому не скажешь, что у меня... ну... такой ребенок?
- Такой загорелый? - засмеялся Димка. - Не скажу никому, пусть сами потом увидят. А ребенок у тебя замечательный.
- Правда? - заулыбалась Ленка. - Спасибо тебе. А знаешь, я его очень люблю.
- Я уже понял, - грустно вздохнул Димка. - Ну, лечитесь тут, я пошел.
- Пока, Дим, спасибо тебе.
"Вот это фишка! - думал Димка, поднимаясь по лестнице, - как же так могло произойти? Ленка - и вдруг негритенок! А что? Вот так, как и у меня - Зойка и мой ребенок. Черт!"
Он чуть не плюнул с досады, вспомнив вдруг о Зойке и своей свадьбе. Стоило ему увидеть Ленку, как он обо всем на свете забыл. А ведь если бы не эта свадьба, он, пожалуй, даже не посмотрел бы на то, что у Ленки этот негритеночек, лишь бы быть с ней.
Оставшись одна, Ленка сделала все, что советовал ей Димка, и, укрыв ребенка, присела в кресле у детской кроватки. И только тогда осознала, что произошло.
Как же она решилась на это, и каким таким чудесным образом оказалась у Димки в квартире? Совсем как тогда, год назад. Все повторяется. Стоит ей перенервничать, как она сама себя не помнит. На этот раз, правда, все из-за
ребенка.
Да, она не обманывала Димку, она любит этого малыша, боится за него. Он все, что у нее есть. Теперь они всю жизнь будут вдвоем. Да и кому она будет нужна с таким ребенком? А когда он начнет ходить, на них еще и оглядываться будут, шептаться за спиной. Да и в школе потом... Что ж, видно, такая ее судьба. Но и ей, раз уж без Димки, тоже никто теперь не нужен. Так уж все случилось...
Невероятно, но Ленка до сих пор так и не знает точно, что же произошло на самом деле. Ну, никак не может разобраться в том, что с ней случилось. Как колдовство какое-то. Зато она хорошо помнит, когда все пошло не так, потому что именно в тот день она потеряла талисман, который ей подарил Димка. Ту самую кошечку из белого металла с розовыми камешками вместо глаз и кокетливо поднятым хвостиком. Из-за этой потери Ленка тогда так расстроилась, что все обитатели их дома принялись искать пропавшую брошку, даже их американская обслуга. Но все поиски так ни к чему и не привели. Ленка до сих пор помнит, как сжалось тогда ее сердце от нехороших предчувствий. Это было в день вечеринки, которую устраивали отъезжающие в Европу отпускники.
Ох уж эта вечеринка! Ленке казалось, что все это она уже видела раньше. В американских фильмах о подростках.
Нелепая, почти карнавальная, с налетом пошлости одежда, безудержное веселье, море алкоголя самой разной крепости и, очевидно, как следствие, не совсем нормальные поступки.
Было все: пили, танцевали, опять пили и устроили караоке. Пили и играли в какие-то глупые, но смешные игры. Опять пили и танцевали, но уже на столах и со стриптизом. Потом снова пили и плавали обнаженными в бассейне. Что было дальше, Ленка уже не помнила.
На следующий день она проснулась в незнакомой комнате на огромной кровати совершенно нагая в какой-то шутовской шапочке с помпончиками. Сначала ей стало даже смешно, несмотря на то, что жутко трещала голова, но засмеяться она не успела: увидела, что в этой же кровати спали еще двое, те самые отпускники, которые и устраивали вечеринку в честь своего отъезда. Они тоже были голыми. Ленка завизжала, и они тут же проснулись.
