Марфа шла рядом, её клюка постукивала по корням и мху с ритмом, похожим на тиканье старинных часов. Лес вокруг них был другим — не тем испуганным, наблюдающим хищником, каким он показался в первый день. Теперь он казался… сосредоточенным. Деревья стояли ровнее, их кроны пропускали больше света, который ложился на тропу золотистыми пятнами. Воздух был чист и прохладен, наполненный запахами хвои, влажной земли и прелых листьев. Тишина не давила, она слушала.
В голове Олега всё ещё гудел отзвук того голоса — глухого, как гром за самыми дальними горами: «Помни. Искра — не молния. Но она зовёт её…» Искра. Та самая, что он неумело высек между пальцами в бане. Тогда это показалось случайностью, сбоем восприятия на фоне стресса. Теперь… теперь он чувствовал её внутри себя. Ни огонь, ни тепло, а скорее… зудящее напряжение. Статический заряд, скопившийся и ищущий разрядки. Физика? Или что-то большее?
— Куда мы идём, Марфа? — наконец спросил он, нарушая тишину. Голос прозвучал немного хрипло, но твёрдо. Это был голос человека, сделавшего выбор, даже не зная всех его последствий.
Старуха остановилась, оперлась на клюку и посмотрела на него своими выцветшими, но всё видящими глазами.
— Туда, где знание ждёт. Где искра твоя должна силу набрать, прежде чем молнию звать. Путь будет долгим, Олег. Не всякий его осилит.
— Я понимаю, — кивнул он, хотя понимание это было больше интуитивным, чем рациональным. Его разум физика цеплялся за знакомое: энергия не возникает из ниоткуда, она преобразуется. Но здесь законы работали… шире? Глубже? — Нужно учиться?
— Нужно слушать, — поправила Марфа. — И помнить. Твои знания из того, прежнего мира… они не бесполезны. Колесо ты запустил, так? Закон применил. Но здесь законы старше, и они не только в камне и воде, но и в слове, в духе, в намерении. Твоя искра — это связь. Мост между тем, что ты знаешь, и тем, что мир помнит.
Она снова тронулась в путь, её шаги были легкими, несмотря на возраст.
— Сначала — к Лесному Хозяину. Он многое знает о силе, что течёт под корнями. Но он… своенравен. Говорить с ним надо уважительно. И не всегда прямо.
— Леший? — Олег вспомнил деревенские перешёптывания и собственные детские страшилки. От одной мысли стало не по себе.
— Люди зовут его так, — Марфа пожала плечами. — Имя — лишь звук. Важна суть. Он — хранитель троп, страж равновесия. И он увидит твою искру. Вопрос — что он с этим решит сделать.
Олег сглотнул. Он коснулся амулета на груди. Тёплый. Живой.
— Навигатор бы сейчас не помешал, — пробормотал он себе под нос с кривой усмешкой. — Хотя он и дома на мосту с ума сошёл…
Марфа, не оборачиваясь, тихо хмыкнула.
— Лучший навигатор здесь — твоё чутьё. И старые знаки. Смотри под ноги, пришлый. Лес сам подскажет дорогу тому, кто умеет видеть.
Они шли дальше, углубляясь в лес, который становился всё гуще, всё древнее. Тени удлинялись, свет играл на коре деревьев, рисуя причудливые узоры. Олег внимательно смотрел по сторонам, пытаясь заметить те самые «старые знаки» — зарубку на дереве странной формы, необычно изогнутую ветку, камень с едва заметным символом. Мир вокруг перестал быть просто декорацией. Он стал книгой, которую нужно было научиться читать. И первая страница была про Лешего.
Лес менялся постепенно, но неотвратимо. Тропа под ногами стала менее явной, порой теряясь среди папоротников высотой по пояс и зарослей колючего кустарника, который, казалось, раздвигался перед Марфой сам собой, но норовил цапнуть Олега за штанину. Деревья стали толще, их кора — грубее, покрытая седыми лишайниками, словно бородой старца. Свет почти не проникал сквозь сомкнутые кроны, создавая сумрачное, зеленоватое освещение. Воздух стал плотнее, насыщеннее запахом сырой земли, грибов и чего-то терпкого, смолистого. Тишина здесь была иной — не просто отсутствие звука, а звенящее, напряжённое ожидание.
Олег старался следовать совету Марфы. Он вглядывался в переплетение ветвей, в узоры мха на камнях, в следы на влажной почве. Вот камень, похожий на спящего зверя. Вот дерево, изогнутое так, будто оно кланяется кому-то невидимому. Он заметил странные зарубки на стволе одной из сосен — не похожие на метки дровосека, скорее на какой-то забытый язык символов.
— Марфа, смотри, — тихо позвал он, указывая на знаки. — Это они? Старые знаки?
Старуха подошла, прищурилась.
— Отчасти. Это — предупреждение. Знак, что мы входим в Его владения. Дальше — нужно быть осторожнее в словах и мыслях. Лесной Хозяин слышит не только ушами.
— Мыслями? — Олег нахмурился. Физик в нём протестовал. Мысль — это электрохимические процессы в мозгу. Как их можно "услышать"? Но потом он вспомнил ту искру между пальцами, вспомнил голос, прозвучавший из камней капища. Здесь действовали иные принципы. — Как… как радиоволны? Невидимые, но несущие информацию?