— В спальню к губернатору ворвалось полдюжины разбойников. Согласитесь, не каждый устоит в открытом бою против такого превосходства. Что касается нашего милорда, то при его опыте он мог бы справиться, однако другие... — Сэр Чарльз многозначительно пожал плечами.
— Ерунда. Мне самому доводилось драться на шпагах с полудюжиной, и ничего, жив, — небрежно отмахнулся капитан и позволил себе чуть наклониться к Мэри: — Я, помнится, рассказывал вам эту историю.
— Однако когда я ради забавы предложила вам поединок, справиться со мною вы не могли, — напомнила Мэри.
Ее отец, превосходный фехтовальщик, преподал дочери немало уроков по владению шпагой.
— Но не мог же я действовать всерьез против леди! — сэр Генри даже чуть возмутился.
— Меня интересует другое, — признался сэр Чарльз. — Откуда этот Санглиер взялся? Судя по рассказам, на Барбадосе у него было три больших фрегата и полторы тысячи человек. Но чтобы организовать такую эскадру, надо обладать большим авторитетом среди Берегового Братства. Между тем совсем недавно никто из флибустьеров ни о каком Санглиере не слыхал.
— Но не с Луны же он свалился! — заметил сэр Генри.
— Из грядущих времен, — тонко пошутил лорд Эдуард.
Шутка была принята приличествующим знатному обществу вежливым смехом.
— Вы хотите намекнуть, сэр Чарльз, что наш противник — прибывший из Франции инкогнито высокопоставленный офицер? — уже серьезно спросил лорд, когда гости отсмеялись.
— Я не настолько высокого мнения о наших противниках. Французские корсары полны дерзости, но об офицерах и адмиралах флота этого не скажешь. Напасть на приморскую крепость с суши им и в голову не придет. Да и провести такую акцию... — Сэр Чарльз демонстративно развел руками. — Сверх того, губернатор утверждает, что между собой нападавшие порой говорили на неизвестном ему языке.
— Может быть, голландском? — предположил сэр Генри.
— Бросьте. Голландский язык известен во всем мире.
— Какие-то наемники? — несколько оживился лорд Эдуард.
— Возможно. Шведы, турки, итальянцы, — принялся за перечисление сэр Чарльз.
Некоторое время все неторопливо размышляли.
— Нет. Они не знают местных вод, — наконец высказал свое мнение лорд Эдуард.
— Им могли дать в помощь французов, — напомнил сэр Чарльз.
— Тогда другое дело, — после дополнительного размышления согласился инспектор.
— Надо будет постараться собрать об этом Санглиере побольше сведений...
Его помощник и компаньон собрался развить свою мысль, но у входа на балкон появился слуга:
— Прошу прощения, но вахтенный начальник просит сэра Генри подняться на палубу.
Капитан мысленно скривился. Кому понравится, когда отвлекают от разговора в столь высоком и приятном обществе?
— Что там стряслось?
— Велено передать, что из-за острова показался корабль, сэр. Идет на пересечку курса.
— Что за корабль?
— Бригантина, сэр.
— Флаг?
— Британский.
— Возможно, с вестями из Ямайки. До нее уже совсем недалеко, — высказал предположение сэр Чарльз.
— С вашего позволения, лорд... — Сэр Генри все-таки поднялся.
— Разумеется. Мы тоже присоединимся к вам, милейший Генри, — милостиво кивнул инспектор.
Он в самом деле встал сразу после ухода капитана и жестом предложил своим спутникам следовать за ним. Если они, конечно, сочтут это нужным.
Они сочли. Уже в дверях каюты, когда сэр Чарльз чуть приотстал, лорд Эдуард очень тихо заметил дочери:
— Не слишком ли вы суровы с нашим капитаном, Мэри? Это хорошая партия.
— На мой взгляд, в нем недостает мужественности, — твердо глядя отцу в глаза, ответила Мэри.
— Вы не правы. Богат, хорошей фамилии, недурен собой, с большими связями на верхах и с хорошими перспективами. Одним словом, истинный джентльмен, — перечислил достоинства предполагаемого жениха инспектор.
— Но на шпагах против меня не устоял. — Уголки губ девушки чуть приподнялись, демонстрируя подобие улыбки.
— Против вас редко кто устоит. Ведь вы же моя дочь, — с гордостью поведал лорд Эдуард. — Да и капитан признался, что не мог сражаться против дамы.
— Мне кажется, потом сэр Генри найдет причину, по которой не сможет сражаться против мужчин, — колко заметила Мэри.
Лорду осталось только покачать головой. Он очень любил свою дочь, хотя ее строптивость порой создавала некоторые проблемы.
Погода радовала душу и взгляд. Море весело играло голубизной на солнце. Еще более нежного оттенка было небо. Легкий, почти попутный ветер поднимал небольшую волну и плотно надувал паруса. Из-за крохотного зеленого островка красиво шла наперерез ухоженная бригантина.
И, как водится при встрече в море двух кораблей, матросы фрегата высыпали на палубу. Стояли, с профессиональным интересом следили за маневрами другого судна, гадали, какими могут быть новости...
На юте тоже следили за бригантиной, делая это не без доли сомнения. Поднять чужой флаг — способ, не блещущий чрезмерной оригинальностью. Лорд Эдуард и сэр Чарльз, в молодости добывавшие испанца в этих же водах, сами не раз прибегали к подобному.
