Мысль, которая беспокоила Сандера несколько дней после бурного отдыха на ладожской базе, наконец оформилась окончательно. Он забежал в дом, влетел в гостиную и снял с полки над камином шкатулку с японским ножом. Тем самым, который вручил ему отец в день приезда. Вытащив, он положил нож на стол и сделал несколько фото. Потом извлек из ножен и сфотографировал еще раз. И отправил Ёситаде.
Sander
— Во, гляди. Это же японский нож, да? Ты можешь хотя бы примерно сказать, кому он мог принадлежать? Какому роду?
— Этот танто? Совершенно не имею понятия. Но это точно не новодел, можешь не сомневаться. Приблизительно, позднее Эдо, лет двести ему точно есть.
Sander
— Да нет. Мне не это нужно. Ну вот смотри. Тут, видишь, на навершии значок такой? Ну, как три головастика по кругу? Это же чей-то герб, да?
— )))) Головастики! Это знак, символизирующий воду. Очень распространенный — его можно увидеть и на боевых нобори [1], и на фонарях бродячего театра. Очень многофункциональный символ. Так что, если ты хочешь узнать, кому именно принадлежала эта вещь, — по одному такому значку не получится. Нужен хороший эксперт. А зачем тебе? Или это тоже семейная тайна? )
Sander
— Нет, не тайна, скорее легенда. Вроде как моему прапрадедушке его подарил один японец. Во время Русско-японской войны. Точнее — как подарил? Этим ножом тот японец сделал харакири, а нож как бы оставил моему предку в награду за то, что тот ему это сделать разрешил и обещал отправить письмо в Японию его жене и детям. Это я к чему? Раз были дети, значит, может, и сейчас кто из потомков живой? Вот, подумал, что хорошо бы его найти. И вернуть наследие и память о его прапрадедушке, погибшем в русском плену.
— О... Сандер, мое восхищение. Впрочем, я никогда не сомневался в твоем благородстве. Это очень, очень достойное желание. Хотя исполнить его будет не просто. А имя? Имя этого японца ты знаешь?
Sander
— Нет, но могу у отца спросить. Вдруг ему рассказывали.
— Отлично. Узнай, а я найду в архивах имена попавших в плен во время той войны. Только узнай еще, где именно он был в плену — может оказаться много людей с одинаковыми именами. Но, Сандер, ты просто отлично придумал. Когда найдем семью этого человека — приезжай в Японию. Мы пригласим телевидение, и все узнают эту историю.
Sander
— О, а это замечательная идея. А не отправиться ли мне в Японию?..
Сандер сам не заметил, как снова вышел во двор, сел на качели и стал раскачиваться. Утро, определенно, было невероятно продуктивным на идеи.
...А и правда? Почему не Япония? Уехать и реализовать себя на этих загадочных островах, по сути, в другом, чужом мире! Сандер прекрасно понимал, что тут ему отец свободы все равно не даст. Даже если Сандер устроится грузчиком в «Пятерочку» — отец немедленно позвонит директору и договорится обо всем: от премий до повышения. Сандер не мог осуждать отца за это: понимал, как сложно и тяжело тот шел к успеху. И сам Сандер стал бы подвергать своих детей риску и трудностям? Когда у него будут дети? Этого он не знал. Но четко знал одно — он хотел гораздо большего. Сандер не знал, что означает это «большее» — наверное, примерно «все».
Он рассмеялся своим мыслям. Глупости. Он не маленький мальчик и прекрасно понимает, чего он хочет и чего боится. Хочет он приключений и яркой жизни. А не хочет сидеть в душном офисе под фальшивым ветерком и перебирать бумажки одной рукой, держа четыре телефона в другой. Он снова глянул на экран:
— Прямо сейчас? Отличная идея! Я покажу тебе все бары в Эдогаве! ))) У меня есть немного времени, мне еще нужно войти в курс дел компании, так что бывают свободные вечера. О… подожди, а ты? Тебе тоже дали время разобраться? Ты хочешь потратить его на отдых в Японии?..
Sander
— Ёситада. Я же рассказывал тебе. Все рассказывал.
— Извини. Я думал, вы с отцом поругались. И что ты просто будешь стартовать с самых низов компании, чтобы честно сделать в ней карьеру. Это очень достойно уважения, Сандер!
Sander
— Ты не понимаешь. Отец не даст мне сделать карьеру честно. Я вот подумал. Я не отдыхать поеду в Японию. А работать. Строить свой бизнес. Как тебе?
— Свой бизнес? Здесь? Ты уверен? В Японии свои правила, и тебе придется их изучить.
Sander
— Ты ведь поможешь мне с этим? И потом, ты что, сомневаешься во мне? Ты же видел, как у меня отлично получалось в Америке! Ты же помнишь?
— Как я изображал якудзу? О, ты думаешь: об этом можно забыть? Это было самое невероятное приключение в моей жизни, Сандер.
Sander
— Это сейчас было похоже на сарказм.
— Вовсе нет. Эх, Сандер, мои приключения закончились. Теперь меня ждут бесконечные заседания, согласования и подписания. Самым интересным будут пьянки, сопровождающие заключение очередного договора. Возможно, я даже залезу на улице на фонарь, и об этом напишут все токийские газеты. Но не сомневайся, приезжай. Я помогу тебе на первых порах. Приму тебя в одно из отделений нашей компании специалистом по завершению рабочего дня.
Sander
— Э... Кем?
