По ночам он всё так же продолжал получать послания от Нагид. С каждой новой фотографией соска, губы, живота, с каждой новой двусмысленностью он думал о том, как безумен этот мир и как он сам стремительно падает по мучительной спирали, терзаясь беспокойством за пропавшую жену и продолжая улыбаться, чтобы дети ни о чем не догадались. При этом он как ни в чем не бывало обменивался сексэмэсками с женщиной, которую никогда не встречал. Он в миллионный раз за это лето изумился, как можно быть таким несчастным и растерянным и таким сексуально возбужденным и голодным, причем одновременно. Какое чудо природы человек![16]
А днем он смотрел из окна на пляж и раздумывал о блочной Вселенной маленького клочка земли перед домом. В блочной Вселенной он еще здесь – тот он, который на шесть лет раньше сегодняшнего. Он из того дня, когда они приехали смотреть этот дом и Тоби повел детей побегать по песку, пока Рэйчел разговаривала с агентом по продаже, а потом она вышла, и они стали обниматься и целоваться, и Тоби подумал про книжку Сида Хоффа, которую читал детям. Книжку про тюленя Томми, который ушел из зоопарка, чтобы посмотреть мир. Он заходит в школы, в рестораны и так далее. Там хорошо, но ничего особенного. И вдруг Томми наталкивается на ванную комнату и в восторге восклицает: «Ах, вот это место для меня!» Именно такая мысль мелькнула у Тоби на пляже: «Ах, вот это место для меня!» Может быть, и Рэйчел в тот миг ощутила то же самое, и они поцеловались. А в следующем кадре блочной Вселенной он играет на том же пляже с Ханной, они перекидываются тарелкой, и он снова думает: «Ах, вот это место для меня!», и тут из дома выходит Рэйчел и орет на них за то, что они вывалялись в песке после душа, когда им сейчас нужно идти ужинать в гости.
Ханну в пятницу пригласили к подруге, и Тоби взял Солли с собой, отвозя ее. Мать подруги, Роксанна Герц, с маленьким ротиком, платиновыми волосами и челкой как у исполнительницы инди-рока семидесятых, попыталась вытянуть из Тоби, как это он оказался в Хэмптонсе, когда, согласно разведданным, полученным ею за лето, дом достался Рэйчел.
– Я думала, Рэйчел должна быть с ними на этой неделе, – сказала Роксанна.
– Она была с ними, но ей пришлось ненадолго уехать в город, – сказал Тоби.
Роксанна постояла молча. Она качала головой взад-вперед и с боку на бок, как метроном. В этом движении было нечто гипнотическое, и Тоби начал его повторять. Нет, он должен быть сильным. Он поставил голову прямо и зафиксировал ее в таком положении.
– Так, – сказал он. – Ну как у вас дела этим летом?
Она улыбнулась половиной рта, выражая презрительное сострадание:
– Должно быть, вам сейчас очень трудно приходится. Новые отношения – это всегда тяжело.
– Верно, – он поджал губы, чтобы не сказать ничего лишнего. Именно эту игру Роксанна ему проиграет.
Роксанна, кажется, поняла, что проиграла, и вздохнула:
– Ну, ты же знаешь, отношения – трудная штука. Я уверена, что ваша жизнь в конце концов войдет в колею.
Боже, когда это кончится?
Из коридора возник Макс, сын Роксанны, третьеклассник.
– О, привет, Макс, – сказал Тоби. – Солли сидит в машине. Хочешь, выйди поздоровайся с ним.
Макс посмотрел на Роксанну. Роксанна пронзила сына гневным взглядом:
– Иди поздоровайся! – и снова обратилась к Тоби: – Может, приведешь Солли к нам и оставишь ненадолго? Он и Ханна могут у нас поужинать. Ханне с Бриэль нужно много о чем поговорить!
Роксанна благосклонно улыбнулась, и это разозлило Тоби, так как намекало, что ему очень тяжело быть с детьми (неправда) или что он заметно страдает (ну ладно, это правда). Тоби сказал, что спросит Солли, вышел наружу и подождал с минуту, прежде чем вытащить Солли из машины и сообщить, что ему пришла пора погостить у Макса.
– Можешь послать мне эсэмэску, когда их надо будет забрать, – сказал Тоби Роксанне.
– У нее до сих пор нет телефона? – спросила Роксанна. – Тоби, девочке нужен телефон!
Последние слова она произнесла то ли с насмешкой, то ли подражая голосу какого-то комика вроде Граучо Маркса. Он вспомнил, что Рэйчел однажды сказала о Роксанне: «Она может спорить с людьми или чего-то просить только очень странным голосом».
– Она получит телефон на день рождения.
Он поблагодарил Роксанну, улыбнулся и сказал, что он ее должник.
– Ты мне ничего не должен! – крикнула она, когда он повернулся и пошел к машине. – Мы обожаем, когда твои дети у нас в гостях!
Он залез в машину и уставился перед собой. Роксанна сказала «новые отношения». «Заводить новые отношения тяжело», что-то в этом роде. Он все время улыбался и кивал. Это выглядело как выражение сочувствия, и ему только и хотелось, что наконец свалить. Но теперь эта фраза как будто зачесалась у него в голове. Новые отношения? Неужели ему только что предоставили информацию к размышлению? В машине вдруг стало невыносимо жарко, и Тоби понял, что до сих пор не завел мотор.
