Весьма скоро Орланду и Титу уловили единый ритм, подстроились друг под друга. В такт невидимым барабанам они принялись наносить удары ногами, направленные в голову, плечи, живот, пах, колени противника. Но до контакта дело не доходило, ибо каждый раз нога как бы замирала на расстоянии человеческого волоса от цели. Они ныряли, уходили в сторону, поворачивались, кружились, их ноги выпрямлялись и сгибались, мышцы напрягались и расслаблялись, грудь и спина поблескивали на солнце, волосы встали дыбом, не успевая за движениями головы. В этом быстром элегантном танце они без труда могли убить друг друга.
Ева вышла из двери черного хода, чтобы посмотреть на них. Ее глаза сияли. В окнах верхнего этажа показались головы других женщин. Все любят чечеточников… Они такие милые.
— Видишь ли, — по ходу объяснил Тонинью, — этот танец создали молодые рабы, чтобы защищаться от своих хозяев. Они отрабатывали его элементы по ночам, под бой барабанов, так что, если кто-то из господ большого дома приходил за женщиной, все выглядело так, будто они просто танцуют. Благодаря… как это будет по-английски… а, смешению рас, кик-данс уже не используется по прямому назначению.
Чвакнул удар и Титу начал валиться набок. Орланду подъемом ноги угодил ему в голову. Он мог нанести и куда более сильный удар. И Титу устоял на ногах.
— Я же сказал тебе, проснись, — в голосе Орланду слышались извиняющиеся нотки.
Придя в себя, Титу бросился на Орланду, как разъяренный бык. Они столкнулись, Орланду повалился на спину, Титу уселся на него верхом. Смеясь, потея, ругаясь, они покатились по траве. В какой-то момент их ноги, руки, тела так переплелись, что они словно превратились в единое существо.
Ева величественной походкой направилась к ним.
Наконец, Орланду оказался верхом на Титу, колотя того по животу. Титу так смеялся, что мышцы живота закаменели и удары не причиняли ни малейшего вреда.
Ева остановилась позади Орланду, положила пальцы ему на лоб и потянула его назад и вниз.
Сидя на Титу, Орланду клонился назад до тех пор, пока его спина не легла на ноги Тито. Орланду взглянул наверх, вдоль бедер Евы. И закатил глаза.
Вскочил, схватил Еву за руку. Вместе они побежали по травяному склону и скрылись за кустами.
— Видишь? — улыбнулся Тонинью. — Все предельно просто.
Титу полежал еще пару минут, тяжело дыша, а потом покатился по земле, пока не свалился в бассейн.
— Ваш «Моби Дик», — в какой уж раз внезапно изменил тему разговора Тонинью. — Германа Мелвилла.
Флетч посмотрел на него, гадая, какой новый сюрприз ждет его впереди.
— Да, — кивнул он. — Я читал эту книгу, поджидая автобус.
— Зови меня Исмаэлем, — процитировал Тонинью.
— Неплохое начало, — согласился Флетч. — Просто и понятно.
— Правда? — Тонинью допил кашасу. Норивал уже добивал четвертый стакан. — Можно ли сказать, что этот Исмаэль — душа Соединенных Штатов? Их ангел-хранитель?
— Сказать-то можно, — ответил Флетч. — Чего только о нем не говорили.
— А я вот уверен, что Исмаэль — ангел-хранитель Бразилии.
Флетч не ответил. Некрофилия, «наклонная шестерка», робототехника, капоэйрус, а теперь вот американская литература.
— Я убежден, что в своих путешествиях Мелвилл побывал в Бразилии. Не приходила ли тебе в голову такая интерпретация «Моби Дика»?
— Мелвилл полагал, что Бразилия — ангел-хранитель Соединенных Штатов?
— Может, всего полушария.
— Тонинью… — Титу опирался локтями на кромку бассейна. Вода струилась по его лицу. Правое ухо горело от удара Орланду. — Мне кажется, мы должны помочь Норивалу.
Тонинью повернулся к Норивалу, распластавшемуся в шезлонге. Норивал рыгал и пускал пузыри.
— Да.
Тонинью встал.
Вдвоем Титу и Тонинью извлекли Норивала из шезлонга. Флетч подошел поближе, чтобы посмотреть, что они еще придумают. Опустив Норивала на землю, каждый взялся за одну его руку, и они поволокли бедолагу за собой к кустам. Полотенце свалилось и осталось на пыльной траве. У кустов Титу и Тонинью отпустили руки Норивала, взялись за ноги и подняли их вверх, так что щиколотки Норивала оказались на уровне их плеч.
А затем начали молотить ногами по раздувшемуся животу Норивала.
— Надо освободить желудок, — пояснил Титу. — Ему сразу полегчает.
Много пинков и не потребовалось. И скоро Норивал выблевал и четыре стакана кашасы, и всю пищу, поглощенную им за вчерашним ужином.
Едва он проблевался, они опустили его ноги на землю.
Титу улыбнулся Флетчу.
— Действенное средство, не так ли?
— Во всяком случае, помогает, — признал Флетч.
Из-за кустов показались Орланду и Ева.
— Ах, — вздохнул Тонинью, глядя на них. — Пять минут — долгий срок в жизни такой мулатки.
Норивал стоял уже на руках и коленях, доблевывая остатки ужина. Потом посмотрел на них мутными глазами.
— Obrigado, — сказал он по-португальски. — Благодарю.
После ленча заморосил дождь.
Пятеро молодых мужчин в грязных полотенцах сидели за круглым столом на крытой веранде и играли в покер.
