– Да, мистер Флетчер, – пробормотал Энди. – Ничего страшного, мистер Флетчер. Честное слово.
– И то правда, Энди. Я не беспокоил тебя со вчерашнего дня.
– Вчера у нас было воскресенье. Позавчера – суббота.
– Как ты думаешь, получится у нас что-нибудь из поездки в «Блайт-Спирит»?
В машине Джек резко повернулся к Флетчу. Голос Энди звучал уже не так сонно.
– Честно говоря, мистер Флетчер, может получиться неплохая передача. Мы добавим к отснятому фильму интервью с другими экспертами, представим на суд зрителей их мнение об используемых в «Блайт-Спирит» методах лечения, да еще за такие деньги! Похоже, мы имеет дело с еще одним случаем высокоученого шарлатанства.
– Отлично, Энди. А я-то думал, все кончится прогоном фильма.
– Еще вот что, мистер Флетчер. Я до двух часов утра занимался этим Кланом. Помните, вы спросили у меня что-то насчет Клана? Так вот, похоже, тут можно накопать много интересного…
– Я звоню тебе как раз по этому поводу, Энди.
– Какому?
– Насчет Клана. Скоро о нем сообщат в информационных выпусках. Но это будет далеко не вся история. Может, Клан даже не назовут Кланом.
– И что сообщат?
– В военизированном лагере Клана в Алабаме тридцать восемь членов этой организации перестреляли друг друга.
– Как это, перестреляли?
– В тумане. Один псих открыл стрельбу, и стрелять начали все. Тридцать восемь убитых. Среди них человек, который называл себя преподобный доктор командор Крис Крайгель.
– Беглец из федеральной тюрьмы в Томастоне, штат Кентукки?
– Он самый.
– Он мертв?
– Мертвее не бывает.
– То есть умер.
– Абсолютно верно.
– Я как раз подбирал его досье прошлой ночью. Вернее, уже этим утром. В разговоре со мной вы упомянули Криса Крайгеля. – Голос Энди уже возбужденно дрожал.
– И другой беглец, Джон Лири, перестал попирать ногами землю.
– Между прочим, вчера найдено тело Хуана Морено. В каком-то овраге в Теннесси.
– Это хорошо.
– Мистер Флетчер, все материалы у вас? Я об этой перестрелке.
– У меня?
– У вас их нет?
– Энди, в половине одиннадцатого утра по вашему времени вы сможете встретить в Национальном аэропорту одного человека?
– Конечно. Кого?
– Одного молодого репортера. Зовут его Джек Фаони.
– Что-то мне знакома его фамилия.
– У него есть все. Дискеты с полным набором файлов Клана как в стране, так и во всем мире, списки членов, списки людей, намеченных к уничтожению… – Джек широко улыбался, не сводя глаз с Флетча. – …Банковские счета, планы на будущее. К тому же он лично знал Криса Крайгеля. Есть у него и видеозапись побоища.
– Однако!
– И все в одном маленьком пластиковом пакете.
– Неужели? Кто этот Фаони?
– Обычный парень, с которым я работал несколько последних дней.
– Вчера вы ездили в «Блайт-Спирит», чтобы встретиться с женщиной по фамилии Фаони.
– Да. Хотел удостовериться, что парень тот, за кого себя выдает. Он возник, словно из-под земли. Я его знать не знал.
– В нем есть репортерская жилка?
– Да. Задатки у него хорошие. Но ему потребуется твоя помощь. Салли свободна? Снимал он в тумане, так что с монтажом придется повозиться. В эфир этот материал надо давать как можно быстрее. Ни одно событие не вызовет большего интереса, если только Калифорния не провалится сквозь землю.
– Да, сэр.
– Я думаю, в будущем вы продолжите эту тему, но не в отдаленном будущем.
– Да, сэр, мистер Флетчер!
– Фаони отдаст вам не все материалы. Это вы должны понимать с самого начала. Генеральный прокурор Соединенных Штатов имеет свой интерес в этой истории.
– Понимаю.
– Права на книгу и фильм остаются за Фаони, если он этого захочет. От вылетает рейсом авиакомпании «Эйр Т» из Хантсвилла и приземлится в Национальном аэропорту Вашингтона в десять тридцать шесть по местному времени.
– Я там буду.
– Энди?
– Да, мистер Флетчер?
– Пожалуйста, не звони мне сегодня. Хорошо? Мне надо отоспаться.
– Ну что вы, мистер Флетчер. Я бы не позволил себе потревожить вас сон. Никогда в жизни.
Отключив телефон, Флетч протянул Джеку билет на самолет.
– Я купил его тебе в два часа ночи в Атланте. За тобой даже закреплено место. – Джек разглядывал билет, а Флетч продолжил: – Одна женщина, Славенка Дракулик, жертва этнических чисток, которыми сопровождается гражданская война в Югославии, написала недавно в «Нью-Йорк тайме санди мэгэзин»: «Мы воюем. Боюсь, винить в этом некого. Мы сами допустили войну. Мы позволили ей начаться. Нет их и нас. Не в счет числа, массы, категории. Есть только один из нас, и да, мы несем ответственность друг перед другом».
– У тебя есть ручка и клочок бумаги? – спросил Джек.
– В бардачке. Я подумал, что эта цитата может сгодиться для твоей истории.
– Скажи ее имя и фамилию по буквам.
– Святой боже! Этот парень владеет и ручкой!
Флетч остановил машину у входа в здание аэропорта.
– Если ты не возражаешь, я откланяюсь. Мне пора на покой. Спасибо тебе за содержательный уик-энд.
Джек, вместо того чтобы вылезти из кабины, повернулся к нему:
– Ты ездил в Висконсин, чтобы повидаться с моей матерью?
– Она шлет тебе наилучшие пожелания.
– Как она тебе показалась?
– Она сидела за занавеской. Я ее не видел.
– О!
