— Серьги… Можешь ты мне сказать, какие в них были камни?
— В основном бриллианты.
— Какие еще? Изумруды, рубины?..
— Лейтенант Кобб, я не отличу рубин от фасолевого боба.
— До этого ты когда-нибудь видел драгоценности, Скайлар?
— Нет, сэр. Уверен, что нет. У моей мамы есть жемчужное ожерелье, которое папа подарил ей на девятнадцатую годовщину свадь&ы. Из двух ниток. Она всегда надевает его по праздникам.
— А какого ты мнения о драгоценностях, которые вчера видел на кровати твоей тети?
— Невысокого. Это женские игрушки. Сомневаюсь, что на них можно поймать много креппи.
— Креппи? Что такое креппи?
— Рыба.
— Интересная мысль. Пожалуй, мне не стоит спрашивать тебя, а из чего ты собрался готовить соус для креппи. И сколько, ты подумал, могут стоит эти драгоценности?
— Обеспокоился, что много, исходя из того, как ахали и охали над ними женщины.
— Много — это сколько?
— Две, три тысячи долларов.
— Ты серьезно?
— Да, сэр.
— А почему ты «обеспокоился»?
— Там, откуда я приехал, на две, три тысячи долларов можно купить пять, шесть здоровых бычков. Именно так разумный человек использовал бы свободные деньги.
— Ты слышал о том, где хранились драгоценности?
— Нет, сэр. О сейфах я ничего не знаю. Мне до сих пор неизвестно, где находится этот сейф. — За столом Скайлар не видел ничего такого, что могло бы напоминать сейф. Ничего не выпирало из забранной в деревянные панели стены. Правда, в одном месте, на поперечной планке, горела красная лампочка. — Я не привык жить в банке. Мои родители держат все важные бумаги в огнеупорном ящике под кроватью. Он выдерживает температуру до тысячи восьмисот градусов по Фаренгейту.[269]
— Теперь ты знаешь, сколько стоят эти драгоценности?
— Прошлым вечером Джонеси упомянула, что они стоят больше пяти миллионов долларов. Хотя я не могу в это поверить.
— На эти деньги можно купить много бычков, не так ли? Значит, ты еще до предполагаемого времени кражи знал истинную стоимость этих драгоценностей? Что ты делал после того, как увидел их?
— Бросил чемодан в комнате Джона. Потом мы повозились в бассейне. Потом он дал мне свою одежду, чтобы мне было в чем выйти к обеду. После обеда я несколько минут говорил на террасе с Джонеси, потом позвонил родителям из комнаты Джона и примерно в четверть одиннадцатого лег спать.
Лейтенант Кобб записал в блокнот: «Обыскать раздевалку, территорию у бассейна».
— На территории поместья ты был где-нибудь еще, помимо бассейна?
— Нет, сэр.
— Ночью не покидал кровати?
— Спал как гремучая змея на теплом камне.
— Скайлар, после встречи с твоим дядей вчера днем ты больше не заходил в эту комнату?
— Нет, сэр.
— И никогда раньше ты в этом доме не был?
— Никогда не был в Новой Англии. И в этот раз не стремился ехать сюда.
— Понятно. — Лейтенант Кобб заложил руки за голову, откинулся на спинку кресла. — Ты по уши в дерьме, не так ли?
— Что вы такое говорите?
— Сначала ты думал, что драгоценности стоят несколько тысяч долларов. Я думаю, ты слушал внимательно и узнал, где они хранятся. Потом, когда тебе сказали, какова их действительная цена…
— Лейтенант Кобб, именно поэтому я и потею. Бедный родственник с Юга приезжает в дом за несколько часов до пропажи драгоценностей. Подозрение падает на меня. Это так же естественно, как пердеж после гороха. Никаких иллюзий у меня нет. Я — родственник, но я и южанин, то есть еще больший иностранец, чем гостящий здесь же посол никому не ведомой страны. Вы, янки, уже триста лет вините южан во всех грехах.
— Ты собираешься возобновить Гражданскую войну?
— Вы имеете в виду Братскую войну?
— Ты — мальчишка с фермы и ничего не умеешь, кроме как дуть в эту трубу с клапанами. Ты должен ненавидеть этих людей, завидовать их богатству, образованию, утонченности, слугам… Может, ты думаешь, что часть их собственности должна принадлежать тебе?
— Я знал, что мой дядя богат, — ответил Скайлар. — Я не знал, что он баснословно богат, раз может тратить пять миллионов полновесных американских долларов на бирюльки для жены. Я не знал, что вообще есть такие богачи. Но меня это не волнует. В округе Гриндаунс моя семья считается одной из самых достойных. И меня волнует то, что вам это неизвестно. У нас есть земля, мои папа и мама работают. Я ими горжусь. И я горжусь тем, что знаю много такого, о чем большинство здешних людей не имеет ни малейшего понятия.
— Например?
— Ну…
— Как усыпить охранника и открыть сейф? Я заглянул в одну из спален, как скорее всего и ты. Снотворного в аптечках предостаточно.
— Я могу отличить след от укуса клеща, если вижу его.
— Ладно, Скайлар. Если ты скажешь мне, где сейчас драгоценности, и вернешь их, я обещаю закрыть на все глаза. Во всяком случае, со стороны закона претензий к тебе не будет. Кто знает? Может, твой дядя так обрадуется, что подарит тебе две или три тысячи долларов. Вознаграждение за содействие. Так это у нас называется.
Скайлар встал.
— Вот что я должен вам сказать, лейтенант Кобб, — не покидайте город. А если и покинете, я настоятельно рекомендую вам держаться подальше от Теннесси.
— Пришли сюда своего кузена.
