Как всегда, Грегори Макдональд предлагает читателю неординарного «некрутого» и «человечного» героя. Френсис Ксавьер Флинн хоть и числится инспектором Бостонского полицейского управления, но в своей деятельности руководствуется собственными оригинальными не полицейскими методами. Нетривиальные ходы инспектора Флинна помогают ему безошибочно выйти на след злоумышленников, виновных в совершении ряда зловещих преступлений.
Флинн нацелил пистолет на президента Соединенных Штатов Америки. Разделяло их узкое пространство мужского туалета.
Президент только что сказал: «Для того, что я собираюсь сейчас сделать, вы мне не нужны» — и захлопнул дверь, оставив агентов Секретной службы и своих помощников в коридоре отеля. Потом кивнул агенту, который дежурил в мужском туалете. Агент улыбнулся, кивнул в ответ и вышел. В уверенности, что он остался один, президент достал из кармана пластиковый флакон с глазными каплями и шагнул к раковине. В зеркале он и увидел Флинна, прошедшего сквозь стену.
— О боже! — Президент уронил флакон в раковину. Повернулся. — Я мертв.
— Воистину так, — согласился Флинн. — Мертвее предвыборных обещаний.
Через «глазок» Флинн наблюдал, что поделывает президент в мужском туалете. И как только тот собрался закапать капли, сдвинул панель, встроенную в ложную стену, и выступил из-за нее с пистолетом в руке. Президент коротко глянул на дверь в коридор:
— А если я закричу?
— Воздух выйдет свистком из дыры в вашей гортани, — заверил его Флинн.
Президент посмотрел на ствол пистолета Флинна.
— Он с глушителем.
— Совершенно верно, — подтвердил Флинн. — То есть я могу выпустить всю обойму, не опасаясь, что мне помешают.
Президент уже заглядывал за спину Флинна, на стену, часть которой отсутствовала.
— Как вы это сделали? Как вы сюда попали?
— Я не попал. Я здесь уже был.
— Это невозможно. Тут дежурил агент Секретной службы.
— У него такая неприятная привычка цокать зубом. Я прописался здесь до его появления.
— Вы не могли находиться в туалете, когда они его проверяли. Вас бы вывели.
— Я наблюдал за ними, — ответил Флинн. — Они проверяли это помещение дважды. Даже открывали дверь кабинки и спускали воду в унитазе. Час назад они действительно попросили отсюда какого-то старичка, сказав, что берут туалет под охрану. Он ужасно долго торчал в кабинке. Может, у него выходил камень. Вообще-то они могли дать ему еще минут десять. Секретная служба пришла к таким же выводам, что и я. Мы решили, что здесь, в «Уолдорф-Астории», вы воспользуетесь ближайшим от того зала, где вы должны выступить, туалетом. Чтобы поправить галстук, закапать капли в глаза, пригладить волосы, поулыбаться зеркалу, прежде чем вас представят… кому? Перед кем вы собираетесь выступать?
— Перед «Братством христиан и евреев».
— Ага, организация достойная. Как они воспримут весть о том, что вас застрелили в тот самый момент, когда они расправлялись с салатом?
— Я хочу знать, каким образом…
— Вам это действительно интересно? Или вы просто тянете время, мистер президент, надеясь на то, что один из агентов вашей Секретной службы, они, кстати, хорошие ребята, заглянет в дверь, чтобы полюбопытствовать, как у вас идут дела?
— Вы же нацелили на меня пистолет. Если кто-то всунется в дверь, я буду мертвее…
— Вчерашней радости?
— Вчерашней радости.
— Мертвее прошлогодней боли?
— Перестаньте терзать меня вашим юмором…
— Я намерен застрелить вас. Тайна запертой комнаты, мистер президент. Вы читаете детективы?
Президент покраснел:
— Я уже ничего не читаю… по собственной воле.
— Тогда вы все знаете о запертых комнатах. Вы считали, что в этой комнате быть никого не может, поскольку ее обыскали, из нее вывели всех, окна тут нет, следовательно, войти можно только через дверь, которую снаружи охраняют ваши гвардейцы. И тем не менее вас здесь поджидает смерть.
— Как вы сюда пробрались?
— Вы все задаете этот вопрос. Я не пробирался. Я здесь был. Ложная стена. — Флинн каблуком постучал по стене за его спиной. — Видите, как состыкованы панели?
Президент кивнул.
— Я установил ее вчера днем. В рабочем комбинезоне, в фирменной шапочке «Блэк энд Декер».[1] Сотрудники отеля очень мне помогали. Старались не попадаться на моем пути, не мешали. Разумеется, люди всегда готовы помочь тем, кто делает работу, которую могут переложить на них.
— Вы провели за стеной, ложной стеной, всю ночь?
— С парой термосов чаю, дюжиной сандвичей и доступом к туалету. Мне приходилось коротать ночь в куда более сложных условиях. — Флинн нетерпеливо взмахнул рукой с пистолетом. — Поболтать с вами, мистер президент, одно удовольствие, но пора и за дело. Ваши последние слова для надписи на стене библиотеки?
— Вы же не собираетесь…
— Собираюсь. Вас не затруднит отвернуть полу пиджака, чтобы я не промахнулся мимо сердца?
— Люди ждут, чтобы услышать мою речь…
— Они же всегда чего-то ждут, не так ли?
— «Братство христиан и евреев»…
— Пожалуйста, распахните пиджак, мистер президент. Вы же не хотите, чтобы я промахнулся?
Президент откинул полу пиджака.
Флинн выстрелил президенту Соединенных Штатов в сердце.
— Ой! — ойкнул президент.
— Немного жжет?
Президент посмотрел вниз.
— Слава богу. Пиджак все закроет.
— Ради этого я и старался. Вам же произносить речь и все такое.
— Что это? — президент смотрел на пятно на рубашке.
— Кетчуп и соевый соус. Мне приказано представить вам доказательства того, что вас можно убить, не более того.
