Тралы и прядево для поделки запасных орудий лова имелись, но по распоряжению начальника АКО П. Н. Притыко траулеры поставили на перевозку горючего, чем сорвали их выход на лов. По словам инструктора политсектора АКО В. И. Шабурова, проверявшего состояние дел в БАОЛ, Притыко «придерживался старой вражеской установки» и заявил, что он не ориентируется на лов и обработку камбалы. Несмотря на неоднократные телеграммы Главрыбы об отправке траулеров на промысел, руководство АКО отмалчивалось. Только когда начальник Главрыбы предупредил, что в случае неиспользования судов по назначению, их у АКО отберут, «Буревестник» поздней осенью послали в море, но к подготовке для этого «Востока» никаких мер так и не приняли. По заявлению Шабурова, «положение БАОЛ сегодня характеризуется продолжением вредительской практики в части освоения активного рыболовства на Камчатке, которое призвано своей техникой вытеснить японских хищников от наших берегов»[504].
Вскоре исправлять это положение пришлось самому Шабурову (Иннокентий Федорович Шабуров родился в 1911 г. в Иркутской губернии, образование среднее. В АКО начал работу в 1928 г. на «Камчатке» под руководством Г. И. Александрова. С 1934 г. в политотделе АКО. В 1935 г. участвовал в перегоне судов из Германии). Теперь в докладных записках фигурировали его собственные упущения и промахи.
В течение 1938 г. руководство базой неоднократно сменялось. Весной вместо П. М. Макштаса ей временно управлял Р. М. Айунц (Рачик Михайлович Айунц родился в 1909 г., в рыбной промышленности трудился с 1936 г., в АКО — с 1937 г. В 1940 г. — главный инженер АКО). Летом на должность директора базы назначили В. И. Шабурова (по совместительству), а Р. М. Айунц стал ее техническим директором.
План путины 1938 г. БАОЛ провалил. С учетом неудачной прошлогодней работы, слышались разговоры «о невозможности развития активного лова на Камчатке, считая, что брать рыбу можно только в рунный ее ход… Руководители БАОЛа т. Шабуров и Айунц довели… до полного развала…» Действительно, подготовка к лову шла исключительно плохо. Зимой 1938 г. разведчики пытались вытянуть на берег, но сделать этого не смогли, сорвав ремонт подводной части корпусов. На сейнере «Вилюй» в трюме оборудовали твиндек, но позже это сооружение демонтировали как негодное и ненужное.
В конце апреля 1938 г. потеплело, и в Авачинском заливе пошла сельдь. Временно исполняющий должность директора БАОЛ Р. М. Айунц получил приказ направить на лов дрифтеры «Ударник» и «Стахановец», сейнер «Вилюй» и один разведчик. Сейнеры следовало вооружить кошельковым неводом и порядком сетей из 100 шт., дрифтеры — кошельковыми неводами и 75 сетями, разведчик — 30 сетями.
Косяки следовало искать у юго-восточной части полуострова в открытом океане от б. Асача до Жупаново. Заметы и дрейфы в Авачинской губе запрещались. С 5 мая при отсутствии льдов всю флотилию следовало отправить в Корфский комбинат. Отсюда она должна была выходить для лова и обследования залива Корфа, пролива Литке и бухт Уала, Анапка, Карага, Оссора[505].
В Корф отправили «Авачу», но к ее приходу сюда сельдь уже прошла. Сейнер ушел в Усть-Камчатск. Затем в Усть-Камчатск прибыли и остальные суда, опоздав на семнадцать дней. В это время на восточное побережье для ликвидации очередного «прорыва» прибыли начальник Рыбного управления АКО Власкин, Шабуров и Айунц. Последний уехал в Ключевской лесокомбинат, приказав без него из Усть-Камчатска не уходить. Такое же распоряжение дал и Власкин. Не смея ослушаться начальства, шесть судов в течение месяца стояли без дела. 6 июля в Жупаново пошла сельдь, а рыбаки ждали Айунца. Только 12 июля июля пришли в Жупаново, но было уже поздно. Лишь «Авача» под руководством капитана Рожанского сделала два замета, выловив несколько сот центнеров[506].
Вот что сообщалось в одной из докладных записок, направленных в политсектор АКО. «Руководство ловом со стороны директора Шабурова и техдиректора Айунца почти совсем не было, хотя они числились на промысле… Благодаря такого "руководства" со стороны Айунца, во время самого разгара путины сейнер "Вилюй" по его указанию снялся в Петропавловск для чистки машины. В чистке он не нуждался, но механик Дмитриев (ныне арестованный) "доказал" Айунцу о необходимости ухода в Петропавловск.
После осмотра… машины и найдя ее в полной исправности, было приказано немедленно сняться на промысел. Но в связи со штормом, 3.07 судно было мобилизовано на аварийную работу, где и проработало более десяти дней. Таким образом, двадцать дней в самый разгар путины "Вилюй" был сорван с работы. Работа "Авачи" также была сорвана благодаря руководству Шабурова, Айунц…
Промышлявший в Усть-Камчатске дрифтер "Ударник" не имел продуктов… Капитан… никак не мог найти своего руководителя. Даже находясь в конце августа с одним сейнером "Авача" в Усть-Камчатске… через два дня после сообщения "Авачи" об улове, Айунц сообщил об отсутствии рыбы в Усть-Камчатск и намеревался снять оттуда сейнер.
