Прежде чем Алекс не ляпнул чего-нибудь еще, Стэн незаметно ткнул его кулаком в бок. Оба отсалютовали сержанту, развернулись на каблуках и вышли из кабинета своего начальника.
Покинув атмосферу Дрю, корабль-робот автоматически выключил драйв Юкавы и перешел на драйв АМ-2 для межзвездных перелетов. Стэн и Алекс уже взломали дверь в отсек управления полетом и стояли у терминала.
— Эти таанцы мнят себя большими умниками, — говорил Алекс, — а их автопилота перепрограммировать не сложнее, чем горошине через гуся пропутешествовать.
Проделав все необходимое, Алекс сказал:
— Стэн, может, разморозим этого Динсмена?
— Чего ради хлопотать? Была б охота беспокоиться о мертвом преступнике!
— Да. Когда мы доберемся до места рандеву, у специалистов будет достаточно времени оживить нашего Лазаря.
Под «рандеву» имелась в виду встреча со сверхскоростным имперским истребителем, который маневрировал поблизости от границы с Таанским союзом и поджидал на определенной частоте сигнала от Стэна. Как только истребитель подберет Стэна и Алекса, корабль-робот будет возвращен на свой обычный маршрут на Хиз — чтобы его не хватились раньше времени. Но корабль-робот будет запрограммирован так, что никогда не попадет к месту назначения и превратится в груду металлолома, которая бесцельно путешествует по космосу.
— Мы заполучили нашего дурачка-бомбодела, мы целы-невредимы — о чем еще можно мечтать! — изрек Алекс.
— О доброй выпивке, — буркнул Стэн и направился пошарить по шкафчикам в отсеке для охранников, не оставила ли там какая добрая душа литр-другой алкоголя.
Голубой огонек замигал на пульте рабочего стола Лидо. Адмирал в тот же миг прервал не слишком важный разговор с интендантской службой его величества, нажал на пульте кнопки, блокирующие вход в его кабинет и зажигающие у двери светящееся табло «Идет совещание». После этого он прошел к двери, которая вела из его кабинета в рабочий кабинет императора, постучал костяшками пальцев и сразу же вошел.
Император сидел к нему спиной и смотрел на парадный плац, в сторону которого было развернуто его кресло. Два графинчика стояли на рабочем столе: один с тем, что властитель изволил называть виски, другой — с чистым медицинским спиртом. Лидо невольно поежился, узнав напиток.
Не оборачиваясь к вошедшему, император пророкотал:
— Желаешь выпить, адмирал?
— Э-э… не то чтобы очень.
— Вот и я не хочу. Докладывай о самом плохом за сегодняшний день.
Лидо доложил без околичностей, чтобы побыстрее закончить разговор о неприятном.
— Первый секретарь таанского посольства выразил свою неудовлетворенность состоявшимися встречами.
— Воображает, что он один ими недоволен?
— Позвольте продолжить, ваше величество. О своем недовольстве он сообщил по обычным каналам таанским властям. Я получил… э-э… их официальный ответ.
— Валяй. Порти мне настроение.
— Полный текст коммюнике на моем столе, если вы хотите знать дословный текст, — сказал Лидо. — Нет, не хотите? Все сводится к тому, что в связи с обострившейся ситуацией вокруг пограничных миров таанские властители желали бы встретиться с вами лично.
— Все?
— Не совсем. Из-за гибели Алэна они не хотели бы встречаться на Прайм-Уорлде. Они просят организовать встречу на нейтральной территории, в дальнем космосе. И выражают готовность обсудить место встречи и меры безопасности с обеих сторон. Они настаивают на том, чтобы встреча состоялась не позже чем через двенадцать земных месяцев.
— Хамство. Скотство! Они мне ставят условия!
— Так точно, ваше величество.
— Как насчет бунтов в пограничных мирах?
— Четыре столицы объяты мятежом. Положение в столицах провинций пока неизвестно. Пополнения тамошним гвардейским дивизиям уже направлены. Количество пострадавших? По нашим оценкам, около двенадцати тысяч. С обеих сторон.
— Знаешь, когда-то я полагал, — произнес император ровным голосом, — что любую проблему, с которой я сталкиваюсь, можно решить, хорошо пораскинув мозгами и не суетясь, или с помощью гвардии, или, наконец, оглушив себя алкоголем. Похоже, что я был не прав, адмирал. Сдается мне, складывается ситуация, когда хоть лбом о стенку!.. Я попробую изложить по пунктам, и посмотрим, согласишься ли ты со мной. Факт первый. Таанский союз пытается использовать смерть Алэна для давления на меня. Они хотят, чтобы империя убралась из пограничных миров. Правильно?
— Скорее всего, да, — сказал Лидо.
— Я уйду оттуда — и оставлю с большущим носом всех переселенцев из империи, которым было обещано, что империя будет опекать их и защищать во веки веков. Нет, об этом и помыслить невозможно, даже если мне удастся убедить всех колонистов вернуться обратно — в чем я глубоко сомневаюсь.
Факт второй. Алэновские повстанцы по сю пору не понимают, что объединение с таанскими мирами приведет, скорее всего, к их полной ассимиляции и полному краху всех идеалов, за которые они нынче сражаются. И теперь некому просветить повстанцев насчет печального варианта их будущего. Словом, они действуют иррационально — от победы им станет только хуже. Я верно говорю, адмирал?
— Пока не вижу ошибок в ваших рассуждениях.
