Стэн на несколько секунд замолчал, глядя, как император ошкуривает дерево. Затем властитель вынул из кармана маленький металлический предмет — что-то вроде вилки с двумя зубьями — и этим предметом стал легко ударять по корпусу инструмента. Раздался низкий глухой звук — протяжное «буммм»…
Император приложил вилочку к щеке — и звук исчез.
— Созвучие пока не то, — сказал он. — Продолжайте, капитан.
Стэн сделал глубокий вдох перед тем, как ступить на зыбкую почву.
— Можно мне говорить совершенно свободно, ваше величество? — спросил он, понимая, насколько глуп этот вопрос. Кто же может говорить с императором совершенно свободно! Но дело было слишком серьезно. Надо решаться.
— Говори.
— В этой головоломке недостает одной важной детали. Центральной детали.
— Что необходимо, чтобы раздобыть эту деталь?
— Честный ответ.
— Кто-то не хочет сказать правду?
— Да, ваше величество.
Император уже давно сообразил, о чем речь. Но все еще играл в кошки-мышки.
— А может быть, загадочный кто-то — это я?
— Боюсь, что да, ваше величество.
— Ну ладно, выкладывайте свой вопрос, — кивнул император. На его лице было до странности мягкое выражение.
Стэн облегченно вздохнул.
— Позвольте сперва изложить вам остальные факты. А потом я задам свой вопрос.
— Хорошо, делайте как вам удобнее. Только передайте мне клей.
Стэн недоуменно уставился на него, потом сообразил, что император просит передать горшок с вонючей жидкостью. Стэн подчинился.
Император промазал верх гитары этой жидкостью, снова поколотил по ее боку раздвоенной металлической штучкой и удовлетворенно хмыкнул:
— На сей раз гораздо лучше. Возможно, именно то, что нужно.
Затем он стал широкими мазками наносить клей по изгибам инструмента.
— Начну с того, — сказал Стэн, — что, похоже, существовала кодовая фраза, после произнесения которой через определенный отрезок времени должен был произойти взрыв. Жизненные ритмы Динсмена подскакивали на двенадцать пунктов всякий раз, когда мы прокручивали ему эту фразу.
— Что за код?
Внимательно слушая капитана, император прилаживал верхнюю стенку корпуса.
— Кодом служило имя Рашид. Взрыв следовало произвести, если кто-то использует имя Рашид. Точнее, словосочетание «инженер Рашид».
Стэн просматривал свои документы и не заметил, что на лицо императора легла туча.
— Продолжайте, — молвил он негромко.
— Вторым кодом была кабинка «Ч», — сказал Стэн. — Динсмен должен был взорвать бомбу тогда, когда кто-то спросит насчет кабинки «Ч».
— Стоп! — сказал император. Сказал спокойно, но это был самый строгий приказ, слышанный Стэном за всю его жизнь. — Так значит, это я убил ее… Стало быть, я сам.
— Простите, ваше величество?
Вместо ответа властитель достал из-под стула бутылку, приложился к горлышку и сделал долгий-предолгий глоток. Потом протянул бутылку капитану.
Стэн молча ждал, вглядываясь в понурое лицо императора. Если можно в какие-то моменты пробиться к скрытой сущности этого человека — ведь он не только император, но и человек! — то сейчас один из таких моментов.
— Инженер Рашид — это я, — произнес император. — Это одна из моих многочисленных масок, капитан. Мне приходится надевать личину, когда я хочу побыть среди своих подданных.
Вся головоломка прояснилась для Стэна после этого признания.
— В таком случае, ваше величество, следует сделать однозначный вывод — целью покушения были вы, а не Годфри Алэн. И не ваш специальный представитель, с которым Алэн встречался вместо вас.
Император грустно улыбнулся.
— Да. Я велел ему представиться инженером Рашидом. Они не должны были сидеть за стойкой. Предполагалось, что они попросят Яниз сразу провести их в кабинку «Ч».
— Яниз? — переспросил Стэн. — Кто такая Яниз?
Император махнул рукой — дескать, не будем на этом останавливаться. И Стэн продолжил нанизывать цепочку фактов.
— Хорошо. Значит, события развивались предположительно следующим образом. Динсмен установил в баре бомбу. Она устроена так хитроумно, что должна разнести все в баре и пощадить одного нужного человека. То есть вас. Остальное проще простого. «Скорая помощь» должна была доставить вас — ошарашенного или оглушенного — к доктору Кноксу.
— После чего, по их мнению, я оказался бы в их полной власти, — подхватил император. — Чертовы дураки! И не такие пробовали — да не вышло!
Он снова сделал большой глоток из горлышка бутылки. Потом тряхнул головой, закрыл горлышко пробкой и сунул бутылку под стул.
— Иногда я сам себе противен, — сказал он. — У вас не бывает такого чувства?
Стэн сделал вид, что вопрос императора — риторический, и счел менее рискованным продолжать свою линию размышлений.
— Сэр, — произнес он почти вкрадчивым голосом, — у меня сложилось впечатление, что таанцы не имеют никакого отношения ко всему этому. На деле кто-то в империи — возможно, кто-то из вашего окружения — горит желанием стать императором вместо вас. А таанцы примешались сюда по недоразумению — из-за случайной гибели Годфри Алэна.
Он ждал от властителя ответа, но тот молчал, погруженный в собственные мысли. Стэн решил, что наступило время задать ключевой вопрос.
— Кем она была для вас, ваше величество?
