Построившись, они через сожженные пустоши двинулись к имперской линии обороны. Отойдя от форта на полкилометра, Стэн вытащил из-за пояса передатчик. Щелкнув двумя предохранителями, он нажал красную кнопку.
Три минуты спустя сработали взрывные устройства — и крепость «Ш’аарл’т» — или «Саттон», или «Тэйге» — превратилась в дымящийся кратер.
Пусть таанцы сами ищут для нее подходящее название.
За два часа до рассвета экранированный гравитолет Сулламоры получил разрешение на посадку в руинах императорского замка.
Здесь, на поверхности, находились всего два рукотворных сооружения: купол и флагшток. Передвижной экранированный купол, весьма типичный для горнодобывающих баз на радиоактивных планетах, на Прайм-Уорлде выглядел странно и нелепо. Что касается флагштока, то на нем развевалось сразу два флага: сверкающий штандарт империи и под ним знамя императорского рода, золотое полотнище с буквами «АМ-2» на фоне структуры отрицательного атомного элемента.
Все имперские передачи в начале и в конце показывали руины дворца и этот флагшток. Намек был достаточно прозрачным, что, впрочем, нисколько не умаляло его значения. Империя пострадала, тяжело пострадала, но она жива и продолжает борьбу.
Одетые в защитные костюмы охранники провели Сулламору, тоже облачившегося в радиационный скафандр, через дезактивирующий душ, в кабину скоростного лифта.
Спустившись вниз, торговец разделся, еще раз прошел дезактивацию и вскоре очутился в подземном командном центре. Два гуркских стража провели его по роскошно отделанным коридорам, полным куда-то торопящихся офицеров и суетливых клерков. За открывающимися порталами Сулламора заметил огромные компьютерные экраны, голографические звездные карты, подмигивающие табло и много всякого другого, не менее любопытного.
Он не знал, что его вели по специально разработанному маршруту — император называл это «Зоопарком». В кабинетах шла обычная работа, люди занимались своими делами — просто посетителя вели так, чтобы он как следует «прочувствовал» сложность и важность управления огромной империей. При этом все, что он видел, относилось исключительно к несекретным сферам — образование, набор рекрутов, статус тренировок, кое-какие финансовые вопросы, ну и так далее.
Апартаменты вечного императора тоже были декорированы так, чтобы создавать у посетителей вполне определенное впечатление. Множество приемных позволяло принимать одновременно любое количество делегаций — причем так, что они не сталкивались друг с другом. Серые, строгие стены и почти спартанская мебель. Настенные экраны, показывающие таинственные карты и планы, время от времени сменявшиеся другими, не менее загадочными графиками и схемами. Любопытная обстановка.
Личные покои императора состояли из большой спальни, кухни, напоминающей камбуз боевого корабля, конференц-зала, личной библиотеки и громадного компьютерного центра. Все эти комнаты были обставлены весьма безыскусно. И не в угоду царившему в командном центре стилю, а просто потому, что императора вообще не привлекали ни помпезность, ни пышность церемоний.
Настенные экраны здесь обычно рисовали виды из окон домов, где властитель любил бывать в редкие дни отдыха. Но сейчас на них чередовались всего три изображения: руины дворца, вид из космоса на главный мир таанцев Хиз и статическая голография двадцати семи членов Таанского Верховного совета. Эти три изображения, как объяснял император, помогают ему сосредоточиться на главном.
Сулламора провел в приемной всего несколько минут. Потом его пригласили пройти в библиотеку.
Император очень устал и не скрывал этого. Приветливо кивнув Сулламоре, он указал на столик с напитками и закусками. Торговец вежливо отказался.
— Танз, — с места в карьер начал император. — Я только что реквизировал десять твоих самых быстроходных лайнеров.
Сулламора округлил глаза, но сумел-таки сдержать напрашивающийся протест. В конце концов, император только что назвал его по имени.
— Сир, вы можете располагать всем, чем я владею. Скажите только слово.
Император кивнул. Потом без всякой видимой связи с предыдущим спросил:
— И как давно ты начал вооружать свои торговые суда?
— Прошу прощения, ваше величество. Практически все мои корабли вооружены.
— Да ладно тебе, Сулламора. Это была долгая ночь, и до рассвета мне бы хотелось еще немного поспать. У тебя есть транспорты, вооруженные получше моих фрегатов.
— Это так, — склонил голову Сулламора. — Я взял на себя смелость установить на некоторых судах дополнительное вооружение. А конкретно — на тех, что летали вблизи контролируемых таанцами галактик.
— И правильно сделал, — снова кивнул император. Сулламора облегченно вздохнул. — Потому-то я и забрал у тебя эти десять лайнеров. Но об этом потом. Другая причина, зачем я тебя вызвал, в том, что я реквизирую тебя самого.
Ответ Сулламоры вряд ли можно назвать очень умным.
— Да? — только и смог выдавить он.
— Вот уже двадцать минут, как ты стал министром судостроения империи. Ты теперь — член моего Малого кабинета.
