Как любезно поясняет Асука, деймы постоянно постигают хоста, то есть хозяина. Изучают среду его обитания для придания ему технического бессмертия. Когда засекают грозящую ему опасность, мигом устанавливают связь со своим роем, переговариваются с другими элементами универсальной защиты, которые находятся поблизости. Они не только защитят хоста от микробов и вирусов, но и не дадут ему разбиться, потому что, в случае опасного столкновения, агрегируются в спасительную сеть или пленочный демпфер. При угрозе со стороны отравляющих газов или злых букашек создадут преграждающие мембраны.
Потом вдруг накатила мощная волна – я даже зажмурился и присел под хихиканье Асуки, но ничего, вода, хищно забурлив, отхлынула. Это «море» – всего лишь один из огромных корабельных бассейнов. Здесь можно кататься на сёрфборде, оседлав искусственную волну вполне приличной высоты, под двадцать метров, и на виндсёрфе под искусственным весьма крепким ветром. А вот утонуть в этом «море» нельзя. Я увидел, как умная, насыщенная деймами вода вытолкнула, словно пробку, одного навернувшегося с доски сёрфера. И он пошел по ней к берегу, то есть к бортику бассейна. Не поплыл, а пошел! Она, конечно, пружинила, но держала.
А на этой палубе – Асука раскрывает руки словно для объятия или удара в кимвалы, и что-то они у нее слишком мускулистые для дамы – идет вечная игра в казино. Но никто здесь не проигрывается в прах, так, чтобы получить канделябром по голове за отказ отдавать долг, никто не пустит себе пулю в висок, покрывая долг жизнью. Система универсальной защиты вовремя повернет карту нужным образом или подкрутит колесо рулетки.
На следующей же палубе замечательные самцы, прошедшие ремастеринг бицепсов и играющие умело вылепленными «кубиками» живота, бьются в боях без правил на глазах у немыслимо стройных красоток, похожих… Ну-ка, вспомните, как вы вытягивали чайной ложечкой мед из банки – на эти золотистые струйки они и похожи.
Стальные кулаки заставляют трещать кости, пробивают заслон из мышц, доставая печень и селезенку, сотрясают мозг, отчего под черепной крышкой брызгает ликвор. Но никто из участников боя не будет добит до конца, ведь универсальная система защиты предусмотрит, чтобы кулак не расколол череп пополам, а крепкий захват не раздробил в хлам шейные позвонки. Деймы сыграют роль «жидкой брони», а затем, по любому, восстановят поврежденные органы ускоренной регенерацией. На худой конец, проследят за удачным приживлением запасного яичка или глаза, полученного с живой плантации органов. То есть от людей, которые выращивают новые органы прямо в себе и продают, чтобы прокормиться.
И хотя Асука не совершает особых телодвижений, такое ощущение, что она вьется вокруг меня, бьет в бубен, тимпан и звенит медными тарелками, как вакханка – и ничего ей в жизни не надо, лишь только упиваться радостью пиара столь замечательного проекта.
Она говорит, что деймы помогут не только вашему телу стать совершенным и неуязвимым, но то же самое проделают и с вашим разумом. Они помогут вам написать блестящий роман, к примеру, о страданиях рыцарей-геев, вынужденных вставлять друг другу в зад мечи и копья в битве при Азенкуре. Деймы активизируют нейронные связи и сделают вас столь плодовитым на сочинение нетленок, что даже не понадобится литературный ИскИн марки Tоlstoevsky. Деймы подсобят вам написать музыку в любом из пятисот восьмидесяти стилей и сыграть-спеть ее в группе с пятком бойких биомехов. Каждый из них будет на уровне Брайана Мэя, а ваша глотка будет голосить, как Фредди Меркюри в лучшую пору.
Улучшенный деймами мозг даст вам возможность совершить всегда без напряга пяток-другой изобретений и открытий. И если вы так и не сможете придумать что-то новое, то ушлые деймы помогут стибрить и присвоить себе что-нибудь народное, незапатентованное, чем баловался и гениальный Эдисон, и куда менее гениальный, но более хитрый Билл Гейтс.
Деймы направят вашу руку нарисовать чего-нибудь так, что Рубенс побледнеет, открыв невероятные оттенки янтарного в пролившемся на столе соусе. Или показав в изгибе тончайших шелков дамскую ножку так, что и Ватто с Фрагонаром, взявшись за руки, утопятся в ближайшем пруду. Помогут изваять так, что Огюст Роден сядет на камень и грустно закурит, подперев голову кулаком. Под вашим резаком мраморная глыба, послушно отбрасывая ненужное вещество, будет высвобождать головку амура или бутончики нимфы.
