… Поднявшись на высоту, соответствующую высоте движущегося прямо на них "Геллы", они аккуратно построились в хвост друг другу и начали закладывать безнадежные, безостановочные, бесшумные, широкие круги. Переключаясь с одной головки теленаведения на другую, Дубтах меланхолично разглядывал проплывающие перед ним по дуге огромного радиуса серое небо, редкие облака и далекий-предалекий горизонт в самом низу. И вдруг, - прямо на этот дьявольский хоровод прущую, прогонистую, обширную тушу "Геллы". Лайнер шел метров на двести выше безмолвных плоских снарядов, и реакция Дубтаха была мгновенной. Не мудрствуя лукаво, он активизировал двигатель снаряда и столь же примитивно направил его в фюзеляж лайнера снизу, чуть впереди крыльев. В самоубийственном рывке двигатель сорвал "четвертую" с циркуляции и ракета взорвалась в полуметре от китовьего брюха "Геллы". Изображение пропало, но Дубтах активизировал потом еще "первую" с "третьей". С пугающей медлительностью разломился пополам гигантский фюзеляж, вывернулось с куском обшивки обломанное правое крыло. Чрево убитого самолета вдруг извергло громадное количество обломков и всякого рода предметов, Дубтах воспользовался сумятицей, направив действие двух оставшихся снарядов на тут же поспешно отысканного "р - второго". Атаку нельзя было бы назвать вполне удачной, потому что юркий, модифицированный "Оззер" увернулся от действия смертоубийственно-близкого взрыва, но, сильно поврежденный, начал терять скорость и высоту, так что оба члена экипажа были вынуждены покинуть разбитую машину. А злоумышленник сидел, зажмурившись, и ждал, когда оставшимся без хозяина и без поводыря разом истребителям надоест искать неизвестно какого злоумышленника, и они, спалив топливо, отправятся, наконец, куда- нибудь подальше отсюда, а ждать, по его расчетам, оставалось минут пятнадцать от силы… Ждать. Ждать, и да пребудет с ним Владычица Четырех Бездн, все ее силы чохом и Пресветлые Силы всем гамузом . И даже глядя на неспешное ползание зелененьких огоньков по экрану, он почти физически ощущал их теоретическую растерянность и весьма практическую, сосредоточенную ярость. Но, господа, количество горючего - вещь все-таки объективная, и вам, по-моему, пора… Вот та-ак… И когда они удалились вслед за первой группой, миновав "точку зеро" на полтораста километров, он развил бурную деятельность, собирая вынесенное оборудование и крепя его внутри. Эти самые "дисфлекторы" он сунул в карман рубахи и поклялся себе страшной клятвой, что самолично расплавит эти штучки на газовой горелке. Посидели здесь, - он оглянулся , разглядывая безобразные черные проплешины в траве, - напакостили, пора и честь знать… С этой мыслью, чуть слышно свистя сквозь сомкнутые зубы, он с подчеркнуто- мышиным проворством шмыгнул в кресло. А ну-ка, ну-ка, - сколько ж это нам времени понадобится, чтоб взлететь? Жаль, что ТТС нельзя сбросить сразу же, ну да ладно… Менее, чем через две минуты машина его была вполне уже в воздухе. На спутник был подан соответствующий сигнал экстренного сброса информации за последний час, а "Ночной Дождь" полз к границе, как крылатая ракета, в пятидесяти метрах над поверхностью, на грани скорости срыва и маскируясь складками рельефа, по мере возможности - без двигателей. Он сбросил штангу ТТС аж спустя полтора часа полета - в горную речку, облегченно вздохнул , поднялся еще на полсотни метров относительно субстрата, чуть разогнался и окончательно выключил двигатель. Однако, - границу Конфедерации преодолевать будем, это понимать надо… А это там кто такой? А это, ваша честь, натурально, "рейс1912" Ульсин - Канбрат - Ахо, отечественной авиакомпании "Юго-Восток-Вектор инк.", так что воспользуемся мы старым, как воздушный шпионаж, приемом: замаскируемся большим самолетом держась вблизи и чуть выше. А заметят - так и ладно, "я - свой".