Наташа поставила чайник на плиту и присела за стол, предложив Вике место напротив нее. Приняв решение, оставить все, как есть, они выпили по чашке чая и разошлись по комнатам.
Глава 31.
Проснувшись, Вика обнаружила кота у себя под боком. Порода не отличалась нежностью к двуногим, а Скотч и подавно, и то, что он едва ли не каждую ночь перебирался к ней поближе могло значит лишь то, что ему все еще некомфортно в этом доме.
Она передвинула его на вторую половину кровати и вылезла из-под пледа. Дверь в ее комнату все так же была заперта и подперта креслом. Вика с горечью осознала, что наверняка проведет так все оставшееся время до приезда Ани – запершись в комнате и только днем выходя из нее.
Решив обойтись без душа, она натянула постиранное накануне кимоно, вспомнив неприятный момент, когда Иван измазал его в крови. Теперь ее терзали сомнения, было ли это на самом деле. Полиция не нашла следов борьбы в доме Жени, не говоря уже о телах. Следов Ивана так же они не обнаружили возле задней двери, а дом выглядел так, будто его жители просто уехали по каким-то делам. С одной стороны Вика надеялась, что в итоге ее слова как-то подтвердятся, ведь в ином случае ее могут признать ненормальной и Наташе придется-таки подыскать ей на время клинику. С другой стороны, она привязалась к легкой по жизни Жене, и ей не хотелось думать, что девушки больше нет.
Она подошла к окну и чуть отодвинула штору, чтобы взглянуть на соседний дом. Шторы в доме были по-прежнему закрыты, машины не было, как и признаков присутствия кого-то из семьи Жени. Позади что-то с грохотом упало на пол. Вика обернулась и увидела потягивающегося Скотча. Несмотря на кажущуюся легкость в его движениях и всем теле, спрыгивал он будто мешок кирпичей. Ее соседи внизу часто жаловались, что Вика шумит по ночам, не подозревая, что весь шум исходит от неожиданно спрыгнувшего с подоконника кота. Кто, на самом деле, может подумать, что эта с виду пушинка такая тяжелая?
Вика отперла двери и отодвинула стул к стене, до вечера его место было там. Скотч отчего-то не последовал за ней, прыгнув на кресло и чего-то ожидая. Она приникла ухом к двери и прислушалась. Внизу звучали приглушенные голоса. Телевизор в доме Ани был только на кухне, но услышать его из своей комнаты она не смогла бы. Значит, Наташа впустила кого-то в дом. Накануне Вика сообщила ей код от сигнализации, поскольку та была решительно настроена сходить в местный супермаркет. Надеясь, что это не Ким и не Геля, Вика запахнула кимоно на груди и спустилась на первый этаж. Голоса стали громче и она с облегчением отметила голос Власова и Натальи. Та весело смеялась, слушая следователя. Вика поджала губы. Жаль, веселье было ей с некоторых пор недоступно. Она вошла на кухню, на нее уставились две пары глаз.
– Рано ты чего-то, – заметила Наташа, румянец на ее щеках говорил о крайней степени смущения. Она быстро поднялась и направилась за третьей чашкой для Вики.
Виктория ходила к Наталье последние четыре года, но как-то не воспринимала ее как лицо женского пола. Она никогда не спрашивала ее возраст, но на вид той было немногим больше самой Вики. Быть может, сорок, решила она в итоге. Теперь же Наташа расцвела, словно старшеклассница.
Вика присела за стол, поздоровалась с Власовым и поблагодарила за кружку с горячим кофе.
– Что нового?
Власов покачал головой. В отличие от Наташи, он был явно рад, что она присоединилась к их маленькой компании.
– Я все так же отстранен.
– Дело передадут?
– Только дело по охраннику. Что касается вас, то расследовать тут нечего: улик нет, трупов нет…
– А как же охранник?
– Их не стали объединять. Но улик и там пока нет, отпечатки еще проверяют.
– А с соседями что?
– Наташа рассказала мне о ночном происшествии.
Вика едва не подавилась кофе. Она уже и «Наташа». Гадая в душе, что это, ревность или простое раздражение к людям, которые более нее социализированы и коммуникабельны, она спросила:
– Мы с ней пришли к выводу, что не увидели и не услышали ничего странного.
– Тем не менее, вам стоило позвонить в полицию. Убит охранник, и мы пока в тупике. Проверили все его связи, родню, коллег по работе – все впустую. Я передам своим, чтобы дом проверили. На всякий случай.
– Вы не собираетесь проверять мои слова по поводу Жени и ее семьи?
Власов как-то разом погрустнел.
– Как бы там ни было, я заставил обследовать весь дом с собакой. Она была нервной, но ничего особенного мы не обнаружили. Несколько капель крови, замытые, и непонятно, насколько они давние и кому принадлежат. У кого-то из них могла пойти носом кровь, да и мальчишка у них, мог упасть и разбить нос или коленку.
– Да, – согласилась Вика, – ребенок у Жени был шустрый.
– Наверняка. К тому же, у них была собака. Точнее, у их домработницы. Когда кинолог вышел со своей на улицу, все стало как-то непонятно, где пес унюхал лабрадоршу домработницы, где следы самих хозяев. Что вы вообще можете рассказать об их семье? Женя наверняка делилась с вами секретами.
