– Дать иголку с ниткой? – участливо спросила она, опершись на стол загорелыми руками и придвинув к нему лицо.
– Чего? – не понял он. Глаза у него были непроницаемые, как два камешка.
– Ничего. – Она села. – Просто подумала, что у тебя пуговица отскочила, раз ты не в состоянии встать, чтобы со мной поздороваться. Но возможно, ты дитя прогресса и отрицаешь косные условности. – Она положила ногу на ногу, поправила юбку, прикрыв стройное, обтянутое шелком колено, и задумчиво посмотрела на Богла. – Так, понятно. Издалека тебя не сразу разгадаешь. – Она склонила голову набок и улыбнулась ему. – Сейчас-сейчас… Чикаго, как пить дать. Наверняка бегал с пушкой, работал на кого-то из тамошних авторитетов. Признайся, что я права.
Богл опять заморгал и умоляюще посмотрел на Анселла.
– Сам напросился, – хмыкнул Анселл, входя во вкус. – Теперь пеняй на себя. Это была твоя идея.
– Как интересно, – невозмутимо продолжала девица. – Значит, у него есть идеи? Кто бы мог подумать, что перед нами великий мыслитель! Хотя в наше время внешность часто бывает обманчива.
– Да? – немного обескураженно произнес Анселл.
– Полагаю, да. – Она спокойно перевела взгляд на Богла, который все это время обалдело таращился на нее, и ни с того ни с сего спросила: – Ты ощущаешь тенденцию к образованию грыж?
Богл состроил несчастную мину.
– О чем она, а?
– Возможно, я вторгаюсь в глубоко личную сферу. Попробую объяснить. В эпоху миоцена человек – вернее, его обитавший на деревьях доисторический предок – лишился хвоста. Он начал ходить на двух ногах, но расплатой за прямохождение стала тенденция к образованию межпозвонковых грыж. Просто мне захотелось узнать, как далеко ты продвинулся. Не бери в голову. Обычное праздное любопытство.
Богл побагровел, его колючие глазки злобно сверкнули.
– Шибко умная, да? Мы в Чикаго таких видали. На словах-то все смелые, а зажмешь ее в темном углу, визжит как резаная – спасите, помогите!
– Я с кем попало по темным углам не жмусь, – мгновенно парировала она и тут же приветливо улыбнулась. – Не лезь в бутылку, я пошутила. Как тебя зовут?
Богл смерил ее подозрительным взглядом, но искренняя улыбка девушки его обезоружила.
– Сэм Богл, – ответил он. – И знаешь, сестренка…
– Очаровательное имя, – прервала она его. – Я правильно понимаю, что твою маменьку звали миссис Богл?[6]
– Ну да, – оторопел он. – А что? Как еще могли ее звать?
– Просто хотела удостовериться. Случаются же такие казусы – жизнь преподносит забавные сюрпризы!
– Не знаю, лично мне жизнь ничего забавного не преподносит. И хватит болтать, а то люди и правда чего подумают.
Она рассмеялась:
– Ладно, забудь. Не стоит принимать меня всерьез. А вы кто будете? – обратилась она к Анселлу.
Он представился.
– Настоящий доктор? – Кажется, это произвело на нее впечатление. – Ну а я Мира Шамвей. Будем знакомы, мистер Богл. Будем знакомы, доктор Анселл.
Богл тяжело выдохнул:
– Ни черта не понимаю. Чокнутая какая-то.
– Хамить не обязательно, Богл, – резко сказала она. – Если до тебя не все доходит, это еще не повод говорить грубости. Кто-нибудь предложит даме выпить?
– Чего желаете? – спросил Анселл, не очень понимая, что происходит.
– Думаю, виски будет в самый раз.
Анселл поманил официанта.
– Наверное, нам следует познакомиться поближе, – сказал он. – Не расскажете, что вы здесь делаете?
Тем временем официант принял заказ. Судя по всему, он не в первый раз видел Миру Шамвей. Они с улыбкой кивнули друг другу. Когда он отошел, Мира открыла сумочку и достала серебряный портсигар. Она закурила, откинулась назад и задумчиво посмотрела на своих новых знакомых.
– Вам это действительно интересно? Поразительно. Но раз уж я пользуюсь вашим гостеприимством… У меня нет секретов. До вчерашнего дня я работала иностранным корреспондентом «Чикагских новостей». Меня вышвырнули, как старую перчатку. – Она повернулась к Боглу. – Я похожа на старую перчатку?
– Не на перчатку, – угрюмо сказал Богл.
Мира с минуту переваривала его ответ.
– Полагаю, я сама напросилась, – заметила она, обращаясь к Анселлу. – Не хочешь получить по носу – не высовывайся.
– Я тоже могу насмешить, сестренка, если постараюсь, – сказал Богл, очень довольный собой.
– Тебе даже и стараться не надо, – кивнула она.
– Ладно, замнем, – поспешил предложить ей мировую Богл. – С газетчиками ссориться себе дороже. Помню, как-то раз забыл выставить одному такому ящик виски, и что вы думаете? Он взял и раскатал мою физию на всю первую страницу! Устроил мне веселую жизнь. – Богл сокрушенно поскреб в голове. – Давно это было, но писаки есть писаки, они не меняются.
– Твоя правда, – подтвердила она. – Мой босс уверял, что разводит червей шелкопряда. Ты не поверишь, какой популярностью он пользовался у девушек. Они по наивности думали: где шелкопряды, там и шелковые чулки – совсем как в старой шутке про шелкопрядов и галстук[7].
Официант принес напитки.
