Поздним вечером прошлого дня Олег провожал Иванова в аэропорт. Московский профи остался, в целом, доволен приёмом и гонораром. Уже перед самой посадкой в зал ожидания ворвался запыхавшийся Артём, извлёк из пакета национальный бархатный халат с золотым позументом и треугольную шапку с отворотами, расшитыми речными жемчугами. Бережно накинув на широкие плечи москвича мойдодыровский дар, Артём в самых изысканных выражениях выразил ему признательность и глубокую благодарность от имени руководства Фонда и лично Балтабая Модадыровича. Иванов надменно кивнул. Так он и исчез в переходах аэропорта, похожий на экзотического Наполеона в кичливой треуголке, делающего ноги из степей Средней Азии.
Олег проводил его глазами, повернулся к Артёму и вдруг сказал:
– А что, Артём, может, пойдём треснем – по-нашему, по-бразильски?
И они упились текилы в аэропортовском баре до совершенно свинячьего состояния. Выйдя, обнимались, с содроганием вспомнил Олег, пели про девушку с Ипанемы и «Куба – любовь моя!» Олег взахлёб цитировал дона Хуана из любимой в детстве книжки Карлоса Кастанеды, Артём, подмигивая, намекал на братские поцелуи и хлопал по карману, где у него хранились аккуратно свёрнутые косячки в специальном винтажном портсигаре… Ужасный вечер ужасного дня закончился в девичьей светёлке Артёма, жившего вместе с престарелыми родителями.
Под утро Олег проснулся в его узкой кроватке на «подушке здоровья», набитой шуршащими гречневыми зёрнами – в брюках и галстуке на голое тело. Артём, по-щенячьи постанывая, спал на гостевой раскладушке.
Олег смутно помнил, как он рассказывал Артёму об Асе, а после Артём рассказывал ему о каком-то Сандро Ваграфовиче… Потом оба плакали. Потом очень много смеялись, так что несколько раз к ним заглядывала негодующая мама Артёмки, величавая дама, в прошлом – скульптор-монументалист.
Господи… Докатился… Что же дальше-то делать?.. Куда идти? Поеду в «Луч Востока», решил Олег. Посижу в зале до начала занятий. И к Ростиславу Андреевичу, если он не съехал, конечно (Олег быстро отогнал эту тревожную мысль). Потолкую с ним обо всём этом безобразии. Потом обязательно найду Асю. Может быть, тогда всё это кончится?..
Мгновенно родившийся план, несмотря на очевидные логические изъяны (чем, собственно, мог помочь ему «чудный старикан» – разве что посочувствовать), очень Олега воодушевил. Он оделся и бесшумно выбрался из Артёмовой квартиры.
