Микальсен, как добросовестный ученик, повторял то, что говорил ему Юрт:
— Китобойное судно, на котором пойдет комиссар, должно возвращаться самым последним и обязательно ночью, чтобы мы успели ободрать малолеток!
Китобои заулыбались. Им пришелся по вкусу совет капитан-директора.
Бромсет сделал Микальсену незаметный знак рукой. Капитан покраснел от волнения. Задрожавшей рукой он провел по лбу.
— Внимательно осмотрите устья рек, которые обозначены на этих картах. — Капитан-директор раздал капитанам небольшие карты с какими-то пометками. — Главное, обратите внимание, нет ли поблизости жилья, людей. Вы знаете, что нам предстоит поставить «мягкие пробки»...
Огромный капитан «Веги-3» беспокойно зашевелился.
— Не нравится мне это. Я китобой, а не...
Он не заметил, как при этих словах Бром-сет угрожающе взглянул на него. Микальсен поспешил успокоить одобрительно зашумевших китобоев.
— Я еще раз заверяю, что риска никакого, а за каждую «пробку» вы получите по тысяче фунтов!
Напоминание о деньгах, которые можно заработать довольно легко, смирило людей. Поговорив о том о сем, они стали расходиться по судам.
Выйдя от Микальсена, Бромсет увидел на палубе базы моряка с забинтованной головой. Матроса поддерживала невысокая женщина. О чем-то беседуя, они медленно ходили по палубе. Плотная фигура с отчетливо вырисовывающейся под тонким пальто грудью привлекла внимание Юрта. «Да это же советский врач», — вспомнил он и еще пристальнее всмотрелся в женщину.
Захматова почувствовала настойчивый взгляд гарпунера и, оглянувшись, встретилась с ним глазами. Бромсет вежливо наклонил голову. Его поразили глаза женщины. Слишком широко расставленные, они излучали невидимый свет и тепло, которые обволакивали человека н влекли его к себе.
Захматова, чуть склонив голову и сдвинув брови, вопросительно смотрела на стройного бородатого гарпунера.
Нужна медицинская помощь?
Нет, я здоров. Я гарпунер с «Веги-1», — сказал Бромсет.
Женщина ничего не ответила, отвернулась и, осторожно поддерживая Журбу, пошла дальше. Максим Остапович спросил:
— Что ему надо? Кто это?
Гарпунер, поздоровался от безделья. — Захматова
неожиданно для себя обернулась и увидела, что Бромсет уже перелез через фальшборт и теперь, держась за планшир[13]
Планшир - брус, проходящий по краю палубы у борта, собирался спускаться на китобоец. Гарпунер поднял глаза, и взгляды их снова встретились. «Ты мне нравишься», — прочитала в его глазах Захматова и рассердилась: «Кобель! Увидел бабу — и хвост трубой!» Она с презрением отвернулась. Следом за Бромсетом хотел покинуть базу капитан «Веги-1», но к нему подошел Северов.
— Я иду с вами, капитан Ханнаен!
Норвежец вздернул свою лохматую, всегда непокрытую голову, и несколько секунд возмущенно смотрел на комиссара.
Нет. Я не хочу, чтобы вы...
Почему, Ханнаен? — показалась над бортом голова Бромсета.
Гарпунер услышал слова Северова, когда начал спускаться, и сейчас вернулся назад. Оба моряка обернулись на его голос. Юрт дружелюбно, даже с каким-то заговорщическим видом, улыбался Северову.
Ханнаен оторопело спросил гарпунера:
Ты, Юрт, хочешь...
Господину Сигетову, — Бромсет нарочно исковеркал фамилию капитана, — будет интересно посмотреть поиски и охоту на китов. А «Вега-1» всегда это делала отлично. Пусть господин Сигетов убедится, что норвежцы отличные охотники!
Как хочешь, Юрт, — произнес обескураженный Ханнаен.
Ловко, по-кошачьи, он перебрался через фальшборт, спустился вниз и, перепрыгивая с судна на судно, направился к «Веге-1». Северов и Бромсет едва за ним поспевали.
Несколько матросов, стоявших у штормтрапа, провожали глазами Северова, которого теперь на флотилии звали не иначе как «Комиссар». Моряков удивляло, что гарпунер с «Веги-1» так быстро подружился с большевиком. Он даже поддерживал его под руку, когда Северов перепрыгивал с борта на борт.
Когда моряки добрались до «Веги-1», к Северову с радостью бросился Мэйл.
Иван Алексеевич! Вы? — механик радостно схватил руку Северова. Тот ответил ему крепким рукопожатием.
Не соскучился тут?
Нет, нет! Люди хорошие. — Он не хотел тревожить Северова.
Рад за тебя, — Северов потрепал Джо по плечу. — Значит, будем охотиться на китов?
Мэйл ответил широкой улыбкой. В этот миг он так напомнил Ивану Алексеевичу того Мэйла, отца Джо, который нянчил братьев Северовых! Джо-механик был такой же гигант, как и его отец. Те же черные кудрявые волосы, блестящая крепкими зубами улыбка. Нет, улыбка, пожалуй, матери Анастасии. У нее вот так же, когда она улыбалась, появлялись на щеках ямочки. Джо и смотрит по-матерински, хотя глаза у него отцовские, с ослепительными белками.
Бромсет со скрытым презрением наблюдал за встречей друзей. Северов как-то сразу упал в его глазах. Жать руку негру, держаться с ним наравне? Этого Юрт никак не мог понять. «Неужели ему, представителю правительства, не противно жать руку этой черномазой свиньи?» — не понимал Бромсет.
Точно догадавшись о мыслях гарпунера, Северов представил Джо.
— Мэйл, мой друг детства.
