Продолжаю идти, но едкость цветов окружающего мира вызывают головную боль. Упираю взгляд в дорогу, но от этого становится только хуже. Тени принимаются жить своими жизнями – расплываться и маячить перед глазами, от чего кружится голова.
Поднимаю взгляд и неожиданно встречаюсь глазами с Инарой. Она смотрит уже с нескрываемым беспокойством.
– Руслан? – берет меня за руку, но меня это только еще больше раздражает, и я выдёргиваю её.
– Идём.
От резкого движения я на мгновение теряю равновесие. Но только на мгновение.
Она молча продолжает идти следом и каждый раз, когда мы встречаемся глазами, вижу тревогу. Похоже, она больше не думает, что я сбрендил.
Усмехаюсь, но это получается автоматически. Я был бы сам рад, если Коля оказался галлюцинацией и моя скорая смерть вместе с ним.
Сердце стучит с сумасшедшей скоростью, и каждый стук отдаётся болью в голове. Кажется, что мы идём бесконечно долго. Хочется уже закрыть глаза и уши, чтобы не видеть режущих глаза цветов и не слышать однотонный сводящий с ума гул.
Я еще раз крепко зажмуриваю глаза, открываю и замираю.
Не может быть…
Я смотрю на человека, стоящего прямо передо мной. Он улыбается своей фирменной улыбкой, но она не раздражает, как раньше, а отдаётся болью в пустоте.
Вальнар.
Нет! Не может быть!
Зажмурившись, сжимаю ладонями виски. Но, когда открываю глаза, Колдун не исчезает. Он продолжает стоять и улыбаться.
Неужели он жив?
Не может быть… Или может? Я же не знал наверняка о его смерти. Я просто доверился своей интуиции. И она могла быть не права.
Хоть бы это было так…
– Вальнар? – голос срывается, но я не обращаю на это внимания.
Молчит.
– Руслан? – Инара дотрагивается до моего плеча, но я не обращаю на неё внимания.
– Ты же мёртв!
Головная боль усиливается, но я не отвожу от Вальнара глаз. Боюсь, что он пропадёт.
Колдун продолжает молчать и улыбаться.
– Что ты молчишь?!
– Руслан? – в голосе Инары нескрываемая тревога.
Меня начинают раздражать его молчание и улыбка.
– Ну, скажи хоть что-нибудь!
– Руслан!
И он исчезает.
Вздрагиваю.
Где он?
Оборачиваюсь и смотрю на Инару.
– Ты его видела?
Она смотрит на меня большими от тревоги и страха глазами и качает головой. Солнце светит из-за её спины и слепит мне глаза. Голова раскалывается от всего, что меня окружает – ярких цветов, света, звуков.
– Руслан, там никого не было, это была галлюцинация. Одно из проявлений яда сиванги, – она всё еще сжимает моё плечо.
Меня выводит из себя её взгляд, но нет сил на неё злится.
Главное просто идти вперёд, пока есть возможность.
– Пошли дальше.
И мы идём…
Время течет тягуче медленно. Сколько нам ещё идти? Мы уже вечность бредем по этой дороге и ей не видно конца.
Боль утихает, от этого голова становится необычайно лёгкой, но при резких движениях боль возвращается с новой силой.
– Руслан, – Инара останавливает меня и даёт флягу с водой. – Выпей.
Машинально беру ее. В голове крутится какая-то навязчивая мысль, но мне не удаётся сконцентрироваться на ней. Я уже подношу ёмкость ко рту, как эта мысль выстреливает, сотряснув все мое сознание.
А если Тезурия отравила не только еду? А если в воде тоже яд?!
– Нет! – кидаю флягу на землю. – Она может быть отравлена!
Жидкость выплёскивается на дорогу. Меня гипнотизирует, как по камню медленно расползается прозрачная лужица. Вода пробирается в каждую трещину, оставляя за собой тёмное влажное пятно.
– Руслан! – голос Инары звучит, словно издалека.
– Да, Руслан, зачем ты разлил воду? – поднимаю голову – передо мной снова стоит Вальнар, только теперь на нем ни тени улыбки.
– Ты не настоящий.
Он усмехается.
– Да. А мог бы быть настоящим, если бы не ты.
Его слова, как удар в грудь – внутри вспыхивает боль, в глазах темнеет, лёгким не хватает воздуха.
– Я не виноват! Это ты оставил меня! И ничего не сказал!
– Сам-то себе веришь? Тезурия была права.
– Нет.
– Я был бы жив, если бы тебя здесь не было, – слова, как лезвие, всё глубже и глубже вонзаются в сердце.
– Нет…
– Ты, конечно, можешь тешить себя надеждами, но не легче тебе остаться здесь и умереть, чтобы никто больше не пострадал? – и снова усмешка. Он никогда не смотрел на меня таким взглядом, полным ненависти.
Почему он на меня так смотрит? Неужели он тоже думает, что это я виноват в его смерти?
Колдун открывает рот, желая что-то еще сказать, но ему не дает нечто, что резко проходит сквозь него, превращая мужчину в дым. Нечто оказывается человеком, который оказывается прямо передо мной. Викариус. Он смотрит на меня пристальным взглядом. Хватает за плечи и трясёт.
– Очнись, Русик, у тебя нет времени.
– Что?
И резкая пощёчина возвращает меня к реальности.
Инара стоит прямо передо мной, держит меня за плечи.
Хмурюсь.
– Что случилось?
Всё ещё отхожу от видения. Щека горит.
– Ничего. Нам надо поспешить. У нас осталось мало времени… – берёт за руку и тянет вперёд.
Меня качает. Голова тупо болит и ко всему прочему прибавился ещё и озноб.
