В следующем файле было около двадцати листов, написанных также Сашей от руки, где он изложил всевозможные варианты альтернативного мира. Но нигде не было сказано о том, что Саша может жениться на Марине. К примеру, на одном из листов было написано, что Саша может и не уходить из органов внутренних дел; на другом – что он мог и не поступать в Академию права, а сразу идти в институт последипломного образования на факультет математики. Во всех версиях мы были вместе, а Марина – с Алексеем. Даже их расставание, ссоры были упомянуты, но чтобы он был женат на Марине – такого не было! Хотя я хорошо помню, как он говорил, что судьба для нас всех одна. И я считала, а вернее сказать, думала, что он подразумевает то, что он может быть с Мариной, а я – с Алексеем. Но ничего в его записях об этом я не нашла.
В последнем файле оказалась самая интересная информация, как мне показалось. Саша пытался объяснить, что он сделал, чтобы я и Талашов помнили то, что произошло. Но, лично мне сейчас очень трудно объяснить, почему это происходит, так как я действительно не была сильна ни в математике, ни в физике.
Единственное, что я понимала, так это то, что я должна прибыть в Одессу в тот день, когда он собрался покончить с собой, и забрать кассету на мосту вместе с Талашовым. Талашов сделал себе копию, поэтому кассет с записью оказалось две. Саша в своих доводах указал: чтобы всё помнить, необходимо иметь что-то из личных его вещей, которые будут у меня и у Талашова в день его смерти. Я так поняла, что это и есть та самая вещь – кассета. Но почему именно в тот день ему надо было это совершить, именно в то время, а главное, почему что-то из его личных вещей должно было быть у нас, чтобы мы могли вспомнить, для меня оставалось загадкой. В последнем файле был также диск, на котором было отсканировано всё то, о чём я только что снова прочла. Вдруг в дверь постучали:
– Валя, ты в порядке? Скоро уезжаем.
– Да, – ответила я, вытирая слёзы. – Я уже скоро. Дай мне пару минут.
Я сложила все документы снова в папку, папку в сумочку и взглянула в зеркало. В нём я увидела Валю… ту Валю, которая жила здесь в радости и в горе, которая никогда не любила Сашу, которая счастливо жила с Антоном, пока тот её не бросил. Здесь же была другая Валя, та Валя, которую пугало то, что совершил её любимый. Здесь была Валя из другой реальности, которая просто любила Сашу и шла за ним вслепую даже в другой, чужой для неё мир.
«Как же мне быть дальше? Как всё вернуть назад?» – с этими мыслями я отворила дверь и пошла к влюблённой паре, по крайне мере, такими они были сейчас для меня.
Центральный ЗАГС был примерно в пятнадцати минутах езды от улицы Винницкой. Саша вёз Марину, его автомобиль ехал впереди. Я же ехала с мамой Саши в её автомобиле, в мерседесе, а также с Анной Леонидовной, мамой Марины. Больше людей на церемонии, как я поняла, не будет. Хотя опять-таки я ничего толком не успела узнать, поэтому возможно всё.
Мы прибыли на место в одиннадцать часов утра. Я открыла дверцу иномарки и вышла из машины. То же самое сделали и остальные, кто был в автомобиле. Саша приехал первым, поэтому он уже ждал своих родных на улице.
– Кто-то ещё будет? – спросила я ненавязчиво.
– Нет, – быстро ответил мне Саша. – Никого больше не будет. Ну, разве что Талашов, хотя он будет нас ждать уже в церкви.
– Талашов? – переспросила я. – В церкви?
– Марина, – обратился Саша к своей будущей жене, – она у тебя что, плохо спала? Она абсолютно ничего не помнит из нашего вчерашнего разговора.
– Прости, Саша. Я действительно чувствую себя уставшей. Давайте зайдём внутрь.
Мы вошли в ЗАГС. Помещение было очень большим и старым, с высокими колоннами с замысловатой резьбой вверху. Оно было построено ещё во времена империи, когда-то служило домом для почётных людей той эпохи. Новые огромные зеркала на стенах придавали ему строгий и солидный вид.
