Землю «зачистили». Неизвестные силы стерли с планеты человеческую цивилизацию. Из миллиардов людей в живых остались сотни, которым придется выживать первозданном и диком мире, потому что другого у них больше нет.Тем, кто попал сюда с оружием, – повезло. Сергей Спиридонов, оперуполномоченный из небольшого городка и просто толковый мужик, оказался одним из таких счастливчиков. Пистолет у него есть. Но… если бы только у него. Наркоторговцы и бандиты, нечистые на руку милиционеры, просто озверевшие от голода и страха люди – много кого занесло в новый мир. Но настоящих нормальных людей все-таки больше, чем мерзавцев. И теперь им придется не только драться, но и строить. Заботиться о выживании, защищать своих и воевать с теми, кто привык брать все бесплатно. Они – форпост цивилизации.И здесь, на фронтире, существует только один закон: это ты сам.
© Олег Шабловский, 2011
© ООО «Астрель-СПб», 2011
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Над ночным городом начинал моросить мерзкий осенний дождик. К последнему подъезду типовой блочной пятиэтажки с диким грохотом подкатил видавший виды милицейский УАЗ. Старший оперуполномоченный Сергей Спиридонов, коротко матюкнулся, поднял воротник потертой кожанки, неохотно вылез из теплого нутра машины и проворчал:
– Задолбали, пятый выезд за ночь, с цепи они сегодня сорвались, что ли? В такую погоду хорошая собака хозяина на улицу не выгонит, а тут мотайся туда-сюда.
– А че там? – поинтересовался сидевший за рулем Женька Егоров, милиционер-водитель дежурной части.
– Да бабушке какой-то почудился в соседней квартире шум. И не спится же ей.
– Может, я с тобой схожу?
– Сиди здесь, – махнул рукой опер, – я сам разберусь, ты лучше за окошками присмотри. Вон те два, на втором этаже над козырьком.
– А че за ними смотреть? – хмыкнул водила. – Там же решетки, хрен пролезешь.
Сергей двинулся в темный подъезд, похоже, о таком благе, как электрическое освещение, его обитатели никогда не слышали. Притянутая мощной пружиной хлипкая филенчатая дверь после недолгого сопротивления отворилась с недовольным скрипом, а затем, возвращаясь, как бы в отместку крепко толкнула массивной деревянной ручкой опера пониже спины.
– Тьфу, зараза! – Спиридонов пошарил рукой в кромешной темноте и, не нащупав никаких препятствий, осторожно шагнул вперед. – Хоть глаз выколи. Как в заднице у негра.
Подсвечивая себе мобилой, поминутно спотыкаясь и тихо матеря ЖЭК, а заодно и жильцов злополучного подъезда, милиционер, наконец, добрался до нужной двери. Старательно осмотрев замок, не обнаружил следов взлома и повреждений, прислушался. Тишина. Пожав плечами, Сергей осторожно постучал в дверь бдительной соседки. Оттуда раздался звонкий собачий лай и шаркающие шаги.
– Кто там? – старушечьим голосом моментально откликнулась дверь.
– Милиция.
– Точно милиция? – подозрительно поинтересовался голос.
– Марья Ильинична Кулагина?
– Она самая. – Дверь слегка приоткрылась, и маленькая старушонка-«божий одуванчик» осторожно выглянула наружу.
Некоторое время она обстоятельно разглядывала предъявленное удостоверение, а потом кивнула:
– Это я вас вызывала. Понимаете, молодой человек, соседка моя, Маринка, с мужем и сыном уехала в отпуск, а меня просила присмотреть за квартирой. А я сегодня вечером с Кузенькой гуляла, глядь, вроде как свет в окошке мелькнул. Пришла домой, послушала, а за стенкой вроде как шебаршится кто, ну я вам и позвонила.
– Понятно, – кивнул опер. – А ключи-то есть у вас? Раз за квартирой присматривать попросили, так, наверно, и ключи оставили?
– А как же, вот.
Взяв связку ключей и попросив соседку закрыть дверь, Спиридонов достал «ПМ», осторожно, стараясь не шуметь, загнал патрон в патронник.
Дверь открылась легко и почти бесшумно. Прижимаясь спиной к стене и держа оружие наготове, Сергей скользнул в подозрительную квартиру. Царящее в ней безмолвие нарушалось лишь мерным тиканьем часов и гудением холодильника, однако каким-то шестым чувством опер ощутил чье-то присутствие. Щелкнув выключателем, он зажег свет и тут же прыгнул вперед, перекатившись через плечо. Влетел на кухню и нос к носу столкнулся с перепуганной девичьей мордашкой, выглядывающей из-под стола.
– Ты кто? – ошеломленно отпрянул опер. – А ну вылезай!
– Ой, не стреляйте, меня мама дома ждет! – В округлившихся от страха глазах девчонки стояли слезы. – Я же ничего не сделала.
– Разберемся, – буркнул милиционер, поставил оружие на предохранитель и убрал его в кобуру, одновременно внимательно разглядывая девочку. Точнее, девушку. На вид – лет семнадцать, круглое симпатичное лицо, брюнетка, стрижка каре, испуганные голубые глазищи, неплохая фигурка. – Ты одна?
– Нет. Ой, то есть да. Одна.
– Не понял, что значит: «Нет, ой, то есть да»? А ну быстро – есть еще кто здесь или нет?
– Нет, нету никого, – замотала головой девица, бросив быстрый взгляд на огромный платяной шкаф в углу комнаты.
– Угу, значит, «нету никого»? Ну-ну. – Сергей подошел к шкафу, резким рывком открыл дверцу и отпрыгнул в сторону.
Внутри, сжавшись в комок и закрыв голову руками, сидел тощий пацан лет семнадцати-восемнадцати от роду.
– Ну и чего сидим? Кого ждем? – поинтересовался Спиридонов. – Сюда идем.
